Девственность по контракту

Всхлипнув, я сама приподняла бёдра, позволяя снять с меня брюки с бельём. Взгляд Маркуса ощущался почти физически: голодный, требовательный. Огромных трудов стоило не попытаться прикрыться, не сорваться прочь с криками, а остаться лежать и протянуть к нему руки.

На секунду в черноте Бездны проявился янтарь его глаз, но тут же потух. Дыхание спёрло, когда его тело накрыло моё. Зажмурилась, смаргивая слёзы‚ и на ощупь отыскала его губы. Поцеловала, почти сразу теряясь под яростным напором. Его язык проник в рот, изучая и лаская.

Разломы теперь побежали по щекам и шее. Звякнула пряжка ремня, когда Маркус спешно расстегнул его и спустил брюки."

"Я не была готова принять его, потому первое движение ударило кратковременной болью. Но сразу же ощущения исчезли, когда перед мысленным взором вновь возник разлом Бездны. Такой огромный, что, испугавшись, я распахнула глаза, чтобы столкнуться с Бездной уже в глазах Маркуса. Дискомфорт исчез, а резерв закипел в груди, выливаясь вибрацией пола под нами и вспышками пламени под потолком.

Они подсвечивали фигуру возвышающегося надо мной Маркуса, делая черты лица резче и ярче.

Каждое движение уносило сознание прочь от реальности, нарастая удовольствием в теле. Я хватала ртом воздух, облизывала искусанные губы и звала Маркуса, шептала его имя, временами проваливаясь в страшное видение. Оргазм взорвался силой, вспыхнул огнём в воздухе и волной наслаждения в теле. Я выгнулась в спине, громко закричав, ощущая, как и Маркус содрогается в оргазме, изливая в меня семя.

Изломы исчезли, а чернота ушла, вернув столь любимый янтарный цвет его глазам. Пламя потухло, погружая комнату в полумрак. Маркус тяжело опёрся руками на пол с обеих сторон от моих плеч. В тишине комнаты раздавалось лишь наше учащённое дыхание.

Поняв, что всё закончилось, я выскользнула из-под него. Почти не ощущая тела‚ отползла от Маркуса, беспорядочно касаясь то лица, то рук, то груди и бёдер, чтобы убедиться в том, что изломы тоже исчезли. По щекам нескончаемым потоком текли слёзы.

А мысли метались в сумасшедшей пляске, не давая ухватиться ни за одну из них.

– Карделия, – позвал Маркус, наконец, взглянув на меня осмысленно, но невероятно растерянно. Он протянул ко мне руку.

– Нет! – воскликнула, боясь, что Бездна вновь вернётся.

Вскочила на ноги, желая убежать. Но колени подогнулись, а я рухнула на пол.

– Не трогай меня, пожалуйста! – сжалась, обняв плечи руками, ощущая ужасное бессилие и опустошение.