Девственность по контракту

Стиснув челюсть, я отступила, выставляя блок, и рухнула на пол, когда Маркус резко присел, ударяя ногой под колени.

– Демоны, – рыкнула я недовольно, вскакивая на ноги. – Давай ещё раз!

– Нет, малышка, – Маркус со смехом попятился от меня, создавая на кончиках пальцев плетение щита. – Теперь атакуй магией.

На этот раз я даже не стала оценивать серьезность настроя Маркуса. Выкинула руку вперёд, направляя сырую силу. Огненный столб сорвался с ладони, устремившись в Маркуса. И разметался, ударив о подставленный щит.

Ожидаемый проигрыш наступил, когда Маркус пустил в ход сразу два плетения. Одно я отбила, а второе магической удавкой обвило запястья, связав руки.

– Эй, – попыталась поджечь путы, но Маркус уже успел сократить расстояние между нами.

Толчок‚ и я оказалась лежащей на полу. Маркус перехватил веревку между моих запястий и завел руки над моей головой. Навис сверху, вклиниваясь между моих разведённых ног. Глаза его пылали, ноздри раздувались от тяжелого дыхания, а от тела его исходил невероятный жар.

– Не знаю, какой из тебя артефактор. Но вот боевик должен получиться стоящий.

– Должен? – нахмурилась я, но Маркус проигнорировал вопрос.

Свободной рукой схватил полы рубашки и в рывок разорвал её, обнажая прикрытую тонким лифом грудь, который он спешно задрал. Разгоряченной кожи коснулась прохлада, а следом Маркус нагнулся, чтобы поймать губами сосок. Он втянул его в рот, круговыми движениями обводя ареолу. Тихо простонав, я выгнулась в спине, поощряя ласку. Кровь все ещё бешено носилась, разгоняя по венам адреналин. Сердце громко ухало о грудную клетку, а тело пылало.

– Развяжи, – попросила, облизав пересохшие губы. Потому что тоже хотела коснуться его, растрепать влажные от пота волосы и провести ладонями по горячей коже.

Путы исчезли за одно движение его руки. Но прикоснуться к нему я так и не успела. Маркус вдруг отстранился, подхватив меня под талию. А через мгновение я уже стояла на четвереньках. Маркус прижался к моим ягодицам бёдрами. Даже сквозь слои одежды я ощущала, как наливается желанием его плоть.