Огненный мост

Не надо быть военным человеком, чтобы понять, что неразорвавшаяся бомба может взорваться в любой момент. И что тогда останется от мальчишек?

– Вы понимаете, что никакие они были не геологи. Это люди, которые собирают взрывчатку для диверсий. Геологам, если надо, страна найдет и взрывчатку, и все необходимое для работы. Расскажите, что вы знаете о Знахаре!

– Леня Знахарь? – Казалось, женщина не удивилась. – Вот, значит, вас кто интересует. По нему, видать, не только уголовка скучает, но и НКВД.

– Да. Именно этот Леня Знахарь и был посредником по закупке у мальчишек взрывчатки.

Чем он еще знаменит?

– Барыга он! – зло бросила Горбунова. – Торгует всем, что можно продать. Ничем не брезгует. Вы вот меня попрекаете, что я храню краденое. А я ведь никого и не спрашивала, откуда у вас блузки да кофточки, откуда юбки и чулки. Нет у меня времени на базар ходить, ко мне на дом ходят и покупают, что другие приносят. А я потом деньги отдаю, а меня благодарят. У меня девчонки болеют все время, слабенькие они.

Что я? Я так, мелочь, пыль под ногами. Я слышала, как Знахарь торговался. На что спрос есть, то он и достает, тем и приторговывает. У него все кругом прихвачено. Не было соли в магазинах, так он солью торговал. Спички пропали, он тут как тут. Даже керосин доставал, если кому надо!

– Часто он к вам приходил?

– Нет, редко. Да и то, если у него важный покупатель. Пошептаться чтобы, без свидетелей. У меня ведь одной во всем доме вход отдельный. Кто пришел, кто ушел – никто из соседей не видит.

Он и денег мне одалживал, когда туго было. Но чаще я за ним бегала, просила мою долю отдать, потому что детей кормить нечем. Я же на инвалидности, мне тяжести поднимать нельзя, много ходить нельзя. Мне много чего нельзя, а я делаю. Вон, в сельпо местном полы мою по вечерам. Вот и все мои заработки.

– Скажите, а почему его Знахарем называют?

– Да вроде он фельдшером когда-то работал, да проворовался. То ли спирт, то ли лекарства какие-то продавал налево. За то и отсидел.

О нем вообще мало кто чего знает.

– А где он живет, вы знаете? Или где часто бывает?

– Да откуда ж? – пожала плечами женщина. – Он, может, и не саратовский вовсе. То приедет, то исчезнет. Скажите, начальник… Борис Михайлович! А что со мной теперь будет? Рассказать я вам все рассказала. Только ведь больше ничего не знаю. Я – сошка мелкая, кто со мной откровенничать-то будет. Да и ходят ко мне не уголовники, не шпана какая, а так, мелкие перекупщики.