Делить тебя

Держу мою пленницу за шею, прижимая к столешнице, знаю, что влажным соскам холодно и до дрожи неприятно скользить по стеклу, но весь кайф в этом. Чувствовать боль и наслаждение одновременно, чтобы противоположные ощущения накладывались друг на друга и срывали любые ограничения, толкали на новые эксперименты.

Одной рукой расправляюсь с ремнем и только тогда расстегиваю пуговицу и спускаю молнию. На трусах пятно от смазки, уверен, что ее трусики тоже мокрые и горячие. Не сдержался и шумно выдохнул.

Она тут же поддалась попкой ко мне и вжалась в пах.

Продолжая удерживать её прижатой к столу, задрал юбку, оголив попку, и стянул с себя трусы. Сейчас я могу сделать с ней что угодно. Она не посмеет сопротивляться, не откажет, не остановит. И кончит. Вот потому, что каждая наша встреча кончается её оргазмом — она позволяет мне всё.

Я погружаю пальцы в нее и закрываю глаза от накатывающего возбуждения. Мокрая, горячая и моя. Двигаю внутри пальцами, намеренно задевая подушечкой большого клитор, и она пытается побороть мою хватку, придвинуться ближе, прижаться к члену.

К черту прелюдию, хочу оттрахать её и почувствовать как она сжимает внутри член. Даю ей немного приподняться, чтобы её соками вновь увлажнить соски. Сжимаю их пальцами и охреневаю от стонов. Она не крикунья, но когда чувства зашкаливают, то не может сдержать стоны и всхлипы. А иногда она просит…

Всё. Терпение разлетается в ошмётки. Я снова прижимаю её к столу, другой рукой направляю член в пульсирующую щелку и с силой впечатываюсь по самые яйца.

Да-а… Да, твою мать! Я хочу брать тебя постоянно, в офисе, в машине, дома. В постели, на столе, у холодильника, на стиральной машинке. Хочу долбить тебя, как сейчас, и смотреть в твои глаза, а не на эту слепую черную повязку.

Хочу, чтобы также хваталась за мою руку, которой я вцепился в бедро, и рвано дышала от ощущений. Я трахаю тебя и хочу, чтобы ты знала, кому сейчас принадлежишь. Кому принадлежала всегда. Хочу. Чтобы. Помнила.

Она выгибается в спине, и я чувствую неимоверное сжатие внутри.

— Боже, это так классно, — шепчет она, и мне хочется развернуть ее, снять повязку и прижаться к губам, поцеловать.