Делить тебя

Тут ожил Женя, опустился перед ней на колени и обнял ладонями лицо.

— Яна, тебе нельзя уезжать, не разобравшись в ситуации…

— Руки убери.

Он отпрянул, с недоумением посмотрев вверх, на меня. Я пожал плечами. Да, эта малышка с рожками. За год я немного усмирил чертёнка, что даже сам забыл, какой она может быть. А вот брат с этой стороной Янки не знаком.

— Яна, я отстегну тебя, мы перейдем в спальню и поговорим.

— В спальне я больше ни с одним из вас разговаривать не собираюсь!

— Хорошо.

— Ненавижу тебя!

Я снял с нее наручники, руки плетьми упали вниз и она застонала.

— Давай помогу, — Женя как дурак, схватил её затекшие руки, и Яна вскрикнула от боли.

— Отойди, — подвинул брата, взвалил на плечо Яну и понес в комнату.

Ночники разгоняли темноту, оставляя нас троих в сумерках. Мы с Женькой сидели возле лежащей Яны по обе стороны и каждый растирал ей руки, под аккомпанемент тихих охов и стонов.

— Яна, заткнись, если не хочешь получить двух здоровых похотливых самцов в постели.

— Сам заткнись, — промычала она в ответ, а мы с Женькой переглянулись.

— Если готова, давай обсудим?

— Нечего обсуждать, — тяжело вздохнула она. — Вы, два богатеньких придурка, воспользовались наивной девочкой. Поиграли на двоих, поржали за спиной. Но достаточно. Я уроки с первого раза усваиваю. Хватит. Я увольняюсь и уезжаю. И я больше не невеста.

Я потянул ее за руку, заставляя принять сидячее положение, потом подхватил и пересадил к спинке, прежде чем нависнуть и заговорить.

— Всё? Теперь послушай меня. Вчера по всем каналам опубликована твоя фотография в свадебном платье, объявлена помолвка с Кельмером. За воротами дежурят журналисты в надежде поймать горячие сплетни. А в течение недели кто-то из нечистых на руку конкурентов выйдет на тебя и твою семейку, чтобы потрясти нас, Кельмеров, пользуясь тобой как наживкой.

Яна сглотнула, поперхнулась и закашляла.

— Жень, дай ей воды. А ты слушай дальше. У тебя есть только один шанс не стать пешкой в чужих руках — останься здесь под охраной.

Жадно выпив воду, Яна не глядя, вернула бутылку Жене.

— То есть, остаться пешкой в ваших руках? Раз они не чужие, а уже поимевшие меня со всех сторон, то это уже не так опасно?

— Не передергивай, — поморщился я, но Яна уже переключилась на брата.