Чужестранка в гареме

– Члены семейства Касабиан сохранят в тайне вашу личность и цель вашего путешествия.

Хедер кивком приняла его предложение. Она была голодна, да и спутники ей не помешают, если только будут держаться подальше.

Через два часа караван остановился на обед. По приказу Коко один из мужчин принес корм и воду для лошади Хедер.

Отойдя подальше, чтобы Коко, не дай Бог, не вовлек ее в беседу, Хедер в одиночестве уселась под сенью дерева. Чем больше она будет говорить, тем легче разгадать ее тайну. Несмотря на опасения девушки, женщины из каравана явно принимали ее за мужчину и держались поодаль, а мужчины занимались своими лошадьми.

Усталая и голодная, Хедер закрыла глаза, чтобы немного помечтать о доме. Что же произошло в Стамбуле, когда был раскрыт ее побег? Понес ли Омар наказание? Разумеется, да.

Перед ее мысленным взором возникло избитое, безжизненное тело евнуха. Сердце Хедер сжалось от непреодолимого чувства вины. Как она будет жить дальше, когда смерти двух человек камнем будут висеть у нее на душе? Ну почему она никогда не думает о возможных последствиях своих поступков?

«Что сейчас происходит с Халидом? – подумала Хедер, ощутив внезапный прилив грусти.

– Привет, – раздался голос совсем рядом с ней. Хедер открыла глаза и увидела улыбающуюся ей маленькую девочку.

– Здравствуй, – отозвалась Хедер и улыбнулась под своей куфией.

Ребенок показал пальчиком на скрытое под вуалью лицо девушки и прямо спросил:

– Что ты прячешь под.

– Это Криста, моя младшая дочь, – вмешался Коко. Он протянул Хедер рожок с молоком и рулетик. А Кристе сказал: – Возвращайся к матери.

Криста выпятила подбородок в знак молчаливого протеста.

– Ты позоришь меня перед гостем, – строго проговорил Коко. – Ступай.

Развернувшись на каблучках, Криста пошла к женщинам.

– Моя единственная дочь очень избалована, – смущенно улыбнулся Коко. – Это вина ее матери. Почему вы не едите? Что же такое вы прячете под куфией?

– Я всегда ем в одиночестве, потому что шрамы на моем лице пугают окружающих, – солгала Хедер и нервно сглотнула.

– Ясно. – От души наслаждаясь этой игрой в кошки-мышки, Коко в течение нескольких мгновений молча изучал девушку. – Мы, армяне, выносливый народ, и неприятности нас только закаляют. Меня не стошнит, если я увижу ваши шрамы.

– Я предпочитаю есть один.

– Ну хорошо. – Коко согласно кивнул и встал, чтобы уходить.