Чужестранка в гареме

Скорее, Цветком Пустынь, подумал Коко, еле сдерживая смех.

– Почему вы прибились к моему каравану? – спросил он.

– Я просто-напросто еду в том же направлении. Никуда я не прибивался, – отозвалась Хедер.

– Я смотрю, у вас с собой нет никакой еды. Далеко вы собрались, Малик? Или вы предпочитаете, чтобы я называл вас Лисом Пустынь?

– Можете называть меня Маликом. Я еду по секретному делу.

– Вы гонец принца Халида? – небрежно поинтересовался Коко.

От удивления Хедер шумно выдохнула и в упор посмотрела на него.

– Монограмма на уздечке носит имя владельца, – продолжил Коко, указывая рукой на уздечку. – Почему вы едете без седла?

– У меня срочное донесение, – ответила Хедер. – Даже не было времени оседлать лошадь.

– И при этом вы так медленно едете, – заметил Коко.

– Дела принца Халида вас не касаются, – заявила Хедер. А что еще она могла сказать? Что боится ехать одна?

А эта беглая рабыня быстро соображает, решил Коко. Сняв с седла флягу, он сделал глоток и протянул ее Хедер.

Не колеблясь ни секунды, она взяла протянутую флягу, отвернулась, откинула куфию и сделала глоток.

В этот момент к ним снова подъехал молодой человек. Он широко улыбнулся Хедер и обратился к Коко. Во время разговора двое мужчин употребляли какие-то странные жесты. Затем молодой человек развернул лошадь и галопом пустился в начало каравана.

– Это мой старший сын, Петри, – сказал Коко.

– А что вы такое делали руками? – поинтересовалась Хедер.

– Разговаривали.

– А не проще было делать это при помощи слов? Коко улыбнулся:

– Мне-то проще, но для Петри это невозможно. У него нет языка.

– П-простите, – потрясенно пробормотала Хедер.

– Не за что, – отмахнулся Коко. – Петри хоть и хороший сын, но любит приврать. К несчастью, он обманул не того человека. В наказание его лишили языка.

– За вранье в этой стране карают?! – Хедер была потрясена.

– Ты служишь принцу Халиду и не знаешь законов этой страны? – удивился Коко.

"Хедер уставилась прямо перед собой и не стала отвечать. «Какая же я тупица!» – думала она, боясь, как бы ее обман не раскрылся.

– На дороге пустынно и небезопасно, – продолжал Коко, бросив на нее косой взгляд. – Не хотите ли поехать и разделить с нами трапезу?

Хедер колебалась. Она не хотела, чтобы ее обман раскрылся. Но с другой стороны, и ей, и лошади необходимы были еда и отдых.

– Для нас это будет большая честь, – сказал Коко.