Чужестранка в гареме

Кроме того, на подносе были маринованные огурцы, фаршированные виноградные листья, персики и фиги. Поставив на стол графин с розовой водой, слуга поклонился и вышел.

Лукаво улыбнувшись другу, Малик вытащил из-за пазухи фляжку вина. Наполнив хрустальный кубок, он поднял его в молчаливом приветствии.

Халид покачал головой:

– Коран строжайше запрещает употребление алкоголя.

– Ты говоришь как святоша, – рассмеялся Малик – Кроме того, султан Селим любит забродивший виноградный сок и, я слышал, подумывает о завоевании Кипра ради его знаменитых вин.

– Пусть это останется между нами, – проговорил Халид, – но бывают минуты, когда я сомневаюсь, что дядя – отпрыск моего выдающегося деда.

Малик усмехнулся:

– Мурад не лучше.

– Мой двоюродный брат так же одержим женщинами и золотом, как его отец вином, – заметил Халид.

– Из тебя вышел бы отличный султан, – сказал Малик.

– Произносить вслух такие слова равносильно предательству, – предупреждающим тоном произнес Халид, бросив косой взгляд на друга.

– Я и не думаю сомневаться в твоей верности султану, – сказал Малик. – Но тебе в самом деле присущи многие добродетели твоего деда.

– В отличие от деда женщины меня не волнуют, – ответил Халид. – Этим дьявольским отродьям, которых принято называть слабым полом, нужна твердая рука, иначе они становятся просто неуправляемыми.

– Даже Мирима и Хуррем?

– Особенно мои мать и покойная бабушка, – сказал Халид.

– Яблоко от яблони недалеко падает, – отозвался Малик.

Халид согласно кивнул и предпочел сменить тему:

– Расскажи мне о своих приключениях, пока я был в Стамбуле.

– Мы захватили один из кораблей Фужера, – будничным тоном произнес Малик.

При упоминании об этом человеке лицо Халида потемнело, и он инстинктивно дотронулся рукой до шрама на лице.

– Когда-нибудь я вырву сердце у этого хорька за то, что он сделал с моими братом и сестрой.

– Не говоря уж о твоем лице, – добавил Малик.

– Это как раз не важно.

– Мы забрали весьма ценный груз. Халид вопросительно изогнул бровь:

– Какой именно? Малик улыбнулся:

– Сам увидишь после ужина. Для тебя я приготовил особый подарок.

– Единственный подарок, о котором я мечтаю, – это голова хорька, – заявил Халид, – или его яйца.