Чудовищное предложение

То и дело скользкая лямка норовила съехать, и в очередной раз подтягивая ее вверх, я зацепилась за наклейку на багаже с номером рейса. Нахмурилась. Бизнес-класс?!

Да ну, ерунда какая-то. У дядюшки ведь нет денег на столь дорогие перелеты, наверняка он летел экономом.

И все же, сама не зная почему, я спросила:

– Мне очень неловко, что тебе пришлось потратиться на дорогу сюда. Если ты отдашь мне посадочные талоны, уверена, Аарон возместит цену перелета. Ты ведь прилетел на свадьбу?

– Не совсем, – уклончиво ответил Энрике.

Он принялся хлопать себя по карманам пиджака, достал паспорт, в который заглянул, а после виновато ответил:

– Кажется, я уже успел его выбросить в аэропорту. Да и не бери в голову, Одри. Давай лучше поговорим с дороги. Я так по тебе соскучился, милая.

Голос дядюшки стал теплым и ласковым, совсем как тогда, когда он приезжал ко мне в пансионат и привозил недорогие гостинцы… На короткое время меня накрыло приятной ностальгией, в таких же приятных чувствах и за ничего не значащим разговором мы провели обед.

Дядюшка с удовольствием налегал на все блюда, сдабривая их порцией столового вина, и не переставая нахваливал рагу.

– А теперь давай о серьезном, Одри, – наконец отложив вилку, произнес он. – Я прилетел не просто так. Я прилетел сообщить тебе одну весть.

– Это какую же? – спросила, поднося ко рту чашку чая и делая глоток.

– Тебе ни в коем случае нельзя выходить замуж за Аарона Харриса. Я ошибся со своим выбором жениха для тебя. Этот человек не может составить тебе достойную партию.

Я поперхнулась и закашлялась.

– Что?! – Слушать такое второй день подряд было уже слишком. И теперь уже от дядюшки.

Похоже, мир решил выбить меня из колеи окончательно!

– Что значит не достоин? А кто тогда достоин? Что за дурацкие шуточки? – Мой голос взвился вверх.

– Не ори на меня, я тебя вырастил, ты мне всем обязана! – тут же отсек дядюшка тоном, после которого я обычно притихала и становилась кроткой мышью. – Ну сама посуди, тебе восемнадцать, а ему тридцать.

Тут черты лица дядюшки несколько смягчились, и пока я пребывала в полном шоке, он продолжал:

– Да, вначале я думал только о твоем материальном благополучии, а после понял, что твое душевное равновесие для меня важнее.