Чудовище. История невозможной любви

В ушах Принца зазвенели жуткие слова, которые он не мог вычеркнуть из своей памяти.

«Оно покажет, как ты превращаешься в зверя!» Принц подошел к каминной полке. Сидевшая на огромном черепаховом панцире кошка прищурила на него свои желтые, обведенные черным ободком глаза. Она внимательно следила за тем, как Принц ищет кнопку, открывающую устроенный в камине тайник. По обе стороны погашенного камина стояли две фигуры грифонов с рубиново-красными, сверкающими в лучах утреннего солнца глазами и гребнями на груди.

Принц нажал на один из этих глаз, и утопил его в череп грифона. Сейчас гребень на груди правого грифона раскрылся, открыв тайник, в котором лежало зеркало.

Принц стоял и смотрел на него. Когда он бросал зеркало в тайник, оно упало лицевой стороной вниз. Принц посмотрел на тыльную сторону зеркала. Она выглядела вполне безобидно — простое ручное зеркало в серебряной оправе, потемневшей от времени. Принц протянул руку к зеркалу. Оно было холодным, и Принцу показалось, что от одного прикосновения его пронзила злоба сестер.

Выдумки.

На секунду Принц прижал зеркало к своей груди, не желая смотреть на свое отражение, надеясь, что все это глупости. Просто он позволил сестрам запугать себя, хотя не должен был поддаваться страху и суевериям. Принца так и подмывало заглянуть в зеркало, но он все еще опасался того, что может в нем увидеть.

— Хватит дурью маяться! — Принц собрался с духом, поднял зеркало и решительно заглянул в него, готовый встретиться лицом к лицу со своими страхами.

— Смотри внимательнее, Принц.

Он выронил зеркало и испугался, что разбил его. Хотя, возможно, было бы лучше разбить. Принц мог поклясться, что это был голос Люсинды, с насмешкой прозвучавший из глубин вечной тьмы, или где там она обитает, ведьма. Казалось, этот голос прозвучал из самого ада. Дрожащей рукой Принц поднял зеркало и еще раз взглянул в него.

Морщины сделали его лицо жестоким. Бессердечным. Все, как сказала Цирцея.

Невозможно.

Сердце загрохотало в груди Принца. Так громко и так яростно, словно стремилось выскочить.

А затем раздался смех. Грубый, нестройный, он окружал Принца со всех сторон.