Что в имени тебе моем...

А ты прекрасно выглядишь, Госпожа морского берега.

Злой смерил ее оценивающим взглядом, намеренно задерживаясь на грудях, царица похолодела от ужасного предчувствия. Но Михель продолжал:

— Мне, знаешь ли, пришла пора жениться, дорогая Мелисандра, а лучше тебя кандидатуры не найти.

Боже! Боже! Боже! То, чего она всегда страшилась, настигло ее. Вот она расплата за злое колдовство… Мелисандра пролепетала, стараясь за улыбкой скрыть свой ужас:

— Но я уже замужем…

— Я знаю, дорогая. И говорят, что ты вышла замуж по любви.

Злой искренне смеялся, а у царицы внутренности словно смерзлись от страха. Он отсмеялся и, не скрывая пренебрежения, сказал:

— Но ведь это легко исправить, не так ли, Мелисандра? Кому, как не тебе, знать, как избавить человека от нежелательного супруга, или супруги? Ты ведь, я слышал, помогла нашему другу Зимруду избавиться от любимой жены…

— Нет! Нет! Я не убивала его жену. Я хотела, да… Но я не убивала ее! Не убивала! — Мелисандра была готова расплакаться, и только остатки гордости позволяли ей сдержать слезы.

— Да? Не убивала, говоришь? Но, тем не менее, она умерла. Желание, знаешь ли, творит…

Она все-таки заплакала, а Михель продолжал, не обращая внимания на ее слезы:

— Знаешь, а этот дурачок Зимруд, на дом которого ты наложила такое забавное проклятие, недавно женился снова. Ха-ха-ха… В шестой раз. Дурачок, все надеется сына родить. Ха-ха-ха… И знаешь, его новая жена такая умничка, хочет поскорее стать вдовой. Но сначала, разумеется, родит ему сына.

Злой противно захихикал и стал прощаться. Царица была убита новостями, она даже не в силах была ответить на его лицемерные пожелания здоровья и благоденствия, а когда Михель подмигнул, сказав:

— Пока, дорогая, береги себя для меня, — просто упала в обморок.

Очнувшись через какое-то время, Мелисандра принялась лихорадочно искать пути спасения. Вот когда она молилась Творцу горячо и искренне! Молилась за свою жизнь, за жизнь близких, со слезами просила оставить ей ее любимого Вильмора, и чтобы Зимруд не пострадал.

Страшное раскаяние, горькие сожаления, и ничего не исправить в прошлом.

Но ведь можно постараться что-то сделать, хотя бы попытаться спасти Зимруда! Мелисандра видела в этом последнее средство вымолить прощение. Она из кожи вон вылезет, но поможет ему…

Возвращаясь мыслями назад, в то время, царица видела себя тогдашнюю, обуянную гордыней, мстительную, жестокую, с точки зрения себя теперешней.