Черный Арагац

Что ты затеял? — с опаской осведомился приказчик. — Я же предупреждал тебя про скандал. Он бешеный собака. Давай уходить скорей.

Толстяк не успел договорить фразу, как из дверей выскочил отец мальчика. В руках он держал двустволку. Но курки не были взведены. Малец, увидев разъярённого отца, юркнул в кусты.

— Никак на охоту собрался? — ледяным голосом выговорил Клим и, направив в лицо мужчины «бульдог», взвёл большим пальцем курок. — Пристрелю, икнуть не успеешь. Опусти ружьё. Ну! Дёрнешься пальцами к куркам — прихлопну, как комара.

Говорят, ты тут уже палил в потолок, да? Свидетели наверняка слышали. Околоточный, стало быть, знает, что ты псих. Вон и дворник вышел, — говорил Клим, приближаясь к сопернику всё ближе. И когда расстояние сократилось до вытянутой руки, армянин опустил двустволку. И только после этого Ардашев убрал оружие за пояс.

— Что вам от меня надо? — прошипел постоялец доходного дома.

— Поговорить хочу насчёт вашего долга Верещагину. Где вы были в момент его убийства?

— Меня сегодня уже допрашивал судебный следователь.

И я ему всё рассказал. А долг я готов вернуть, но только наследникам и под расписку. Кто вы такой?

— Я расследую дело по убийству Верещагина.

— Вы полицейский?

— Нет.

— Значит, вы самозванец, и я позову городового.

— И заодно поясните ему, откуда у вас наконечники стрел эпохи бронзы из музея покойного Верещагина.

— Что? — не понял Багдасарян. — Из какого музея?

— Вам лучше знать.

— Да сын мне их принёс.

Он повертел головой и крикнул:

— Армен! Где ты? Подойди сюда!

Мальчишка вынырнул прямо перед Ардашевым.

— Наконечники от стрел у тебя откуда взялись?

— Я их нашёл, — пролепетал ребёнок.

— Не ври! Я же вижу, что врёшь!

— У Лёньки Куроедова выменял.

— А на что выменял?

— На пять конфект. У них дома даже сахару нет. Совсем голодают после смерти дяди Андрея.

— А как бы мне увидеть этого Лёню? — спросил Клим. — Не подскажешь?

— Их нет дома, — ответил мальчик. — Они уехали к родственникам.

Скоро вернутся.

— А куда?

— Я не знаю.

— Вот и разобрались, — глядя на отца, выговорил Клим. — Этот наконечник, как и три других, надобно передать судебному следователю. Он должен оформить у вас выемку вещественных доказательств. Я сообщу ему сегодня об этом. И он вас вызовет.

— А может, вы сами ему отдадите? Мне недосуг таскаться по следственным камерам.

— Можно и так.

Багдасарян молча забрал у ребёнка ещё три стрелы и протянул Ардашеву.