Человек в чужой форме

Мошенничество, подделка официальных документов, растраты, были данные, что во время войны сотрудничал с оккупантами, но, может, и навет. Гражданская профессия: резчик по дереву, замечу, высокого разряда, печати военной комендатуры из каблуков изготовлял и продавал на рынке.

Николай Николаевич постучал пальцем по второму фото:

— Это известный тебе уже в виде трупа, пока живой Павленко, Иван Исаевич, казначей увээр номер семь. Допустим, что бородавки могут быть одинаковыми у разных людей. Только ведь очень похожи пальцевые отпечатки, прямо сказать, до степени смешения.

Капитан вздохнул.

— Найди мне эту Галину Ивановну, только без шума.

Глава 21

Добрый Остапчук подкинул Сергею формальный повод для визита:

— Серега, тут пришло из Кишинева отношение, насчет товарища сержанта Лапина, приписанного к седьмому увээр. Должок у него по алиментам. Прихвати как раз.

Из бумаги следовало, что алименты от товарища сержанта Лапина Я.С. не перечисляются уже год, и начальник Кишиневского отдела милиции интересуется: то ли товарищ сержант есть злостный неплательщик алиментов, то ли имеет место головотяпство счетоводов-бухгалтеров.

Отличный повод.

Через полчаса Акимов уже стоял около закрытой двери военной части и запоздало соображал, что теперь ему делать и как попасть внутрь. Вход через помещение бывшей казармы, ныне школы, был заложен, дежурного и КПП не наблюдалось, демонстрировать удостоверение и повод формальный некому.

«Вот этим-то вся эта глупая беготня и заканчивается, — злился он, — торчишь тут, как слива, хоть через забор сигай, на потеху детворе.

Сзади подергали за полу, девчоночий голосок спросил:

— Сергей Палыч, вы чего тут?

Он обернулся — Светка Приходько, довольная, сияющая, поедает мороженое при минус пятнадцати.

«Вымахала-то как, налилась грушей, вон какие щеки появились, прямо невеста».

— Здравствуй, Светланка. Горло заморозишь.

— Не-а, я помаленьку, — объяснила она, откусывая огромный кусок своим большим ртом, по-богатому. — Вам чего, туда, что ль, надо?

— Да вот…

— Щас скажу. — Она, махнув косой, помчалась в школу.

Акимов, смекнув, что пантомима эта означает «стой и жди», решил и в самом деле обождать и был вознагражден за терпение.