Чехов книга 8. Темный всадник

Кошка тем временем облизнулась и произнесла человеческим знакомым мне голосом:

– Не бойся, я тебя не съем.

Кошка подошла ко мне, взмахнула хвостом:

– Если тебя пугает этот облик, то…

Она не договорила. Миг - и кошка исчезла, превратившись в девушку. Она была невысокой и кажется обнаженной. Я мог судить об этом потому, что видел ее плечи и стройные ноги. Остальное тело надежно скрывали длинные светлые волосы. И я сперва удивленно нахмурил брови, а затем усмехнулся, узнав взгляд Нечаевой, которая стала в этом чудном сне немного другой.

И я непроизвольно потянулся к ней. Нечаева притягивала к себе словно магнит. От нее исходили волны гипнотизирующей, подчиняющей волю энергии.

Девушка отстранилась:"

"– Держите себя в руках, Павел Филиппович, - мягко попросила она и склонила голову к плечу. Волосы колыхнулись, и я понял, что не могу позволить себе пялиться обнаженную Арину.

Я кивнул:

– Как скажете, Арина Родионовна. Где мы?

– В Лукоморье, - был мне ответ, и я покачал головой:

– Не слышал про такое место.

Девушка лукаво улыбнулась и пояснила ленивым голосом, от которого по моей коже бежали мурашки:

– Это точка, в котором миры сходятся. Вы же уже знаете про мироходцев?

Я кивнул:

– Недавно рассказали.

– В вашем мире Лукоморье находится на болотах, - продолжила Нечаева.

– Не в нашем? В моем? – уточнил я.

- Я так и сказала.

- Какой удивительный сон, - продолжил я, ощущая странную тревожность. – И отчего-то он кажется мне неправильным.

Девушка промолчала, наматывая на палец локон волос, а потом опомнилась и отпустила прядь, которая прикрыла ее грудь. Но я заметил, как ее щеки залил знакомый мне румянец.

– Впрочем, это просто сон, - продолжил я, чтобы прервать эту неловкую паузу.

– Да, - едва слышно ответила Нечаева, поднимая на меня глаза с вертикальными зрачками. - Всего лишь сон. Вы спите, Павел Филиппович.

Реальность вдруг подернулась, рассыпаясь на сотни кусков. И я распахнул глаза, уставившись в потолок. Тело покрывала испарина. Я ощущал себя как подросток, который увидел слишком откровенный сон. Впрочем, можно сказать, что все так и было.

За окном уже рассвело. И я вздохнул. Пора вставать. Скоро прибудет Зимин.