Бывшие. Твоё потерянное счастье, босс!

Думаю, дальше ты справишься сама.

Поворачиваюсь к нему лицом и смотрю в глаза. Я ошиблась, там была не только ненависть.

Боль?

Откуда?

В моих он не увидел ее, когда отправил на аборт?

– Какой же ты мерзкий, – чувствую, как по щеке катится слеза от обиды.

– Да, – невозмутимо кивает, засовывая руки в карманы. – Я именно такой, Олеся. Ты права.

Поджимает губы и уходит, оставляя одну с колотящимся сердцем.

Ну и плевать.

Я не стану выяснять, что заставило его вот так опуститься. Не после того, как он бросил меня одну и провел через ад, который мог меня сожрать живьем.

Снова глажу живот, в тысячный раз радуясь, что не совершила эту ужасную ошибку.

Сбор вещей длится долго. Я слышу, как Захар все это время в комнате для гостей. Он включил громко музыку, но вибрации от его перемещений до меня доходят.

Я укладываю вещи так, чтобы поместилось как можно больше в два моих огромных чемодана. Сворачиваю каждую ""колбаской"", и это почти спасает.

Но ведь у меня еще куртки и обувь.

– Проклятье, – опускаюсь на угол кровати и думаю, что делать.

Нахожу в кладовой коробки, собираю их и распределяю габаритные вещи."

"Смотрю на три штуки упакованных и замотанных уже скотчем.

– И все же, их стоит забрать сейчас, а не потом.

У меня не остается выбора.

Я встаю и, прошагав до двери, закрываю ее. Конечно, Захар не услышит мой разговор, но все же.

– Алло, пап.

– Привет, Олесь. Как ты дочь?

– Могу я попросить тебя? – с трудом сдерживаю слезы, которые едва высохли на глазах.

– Конечно. Что с голосом?

– Я в порядке. И знаю, сейчас сезон и ты не можешь кататься туда-обратно, но можешь приехать за мной?

– Приехать? – слышу, как он озадачен моей просьбой.

И мама, спрашивает в чем дело.

– Да. У меня много вещей, я не смогу их увезти сама.

– Не понял, вещи хочешь домой отправить? Или сама приехать?

– И я и вещи, папуль.

– Так, – басит его голос, переполненный гневом. – Что он сделал?

Узнаю моего папу.

– Прошу, пообещай никаких звонков, и никаких выяснений, это важно пап.

– Олеська, ты мне не прикрывай его. Если он…

– Я не прикрываю. Я все расскажу сама. Но мне важно, чтобы ты не выяснял ничего у Захара.

Он пыхтит и злится, но я не могу обсуждать такую тему по телефону.

– Пап, умоляю.

– Ладно. Но расскажешь, пока будем в городе, чтобы я смог добраться до него и надрать ему не только уши, но и… – он прокашливается.

– Хорошо.

– Сейчас матери помогу и соберусь за тобой.