Бывшие. Твоё потерянное счастье, босс!

А ему? Возможно, тоже.

Из-за того, что поздно легла, я проснулась аж в половине одиннадцатого. Марины дома не было, поэтому я отправилась хозяйничать сама.

Заварила ароматный чай. Нашла мягкие вафли, сгущенку и вдоволь объелась.

Бросила взгляд на скучающий телефон и решила, что самое большое разочарование в нем уже было вчера. Куда уж больше?

Собравшись, я уже почти вышла, как вернулась сестра Захара.

– О, привет, а ты все? Поехала?

– Да. Я даже маме с папой не звонила. Решила сначала с вещами разобраться. Не уверена, что смогу все забрать с собой, но и папу звать сюда не буду.

– Это как?

– Ну, пойдет разбираться и с Захаром, и с его отцом, не дай бог.

– А может, стоило бы? Пусть надерет уши обоим.

Мы смеемся и внезапно замолкаем.

– Он не звонил?

– Нет. Телефон так и молчит. И я решила, что это говорит так же много, как и он говорил мне вчера.

– Я уже говорила, что мне жаль?

– Мне было жаль, но, по сути, он меня потерял, а я осталась в выигрыше. У меня ребенок.

– Так ты расскажешь о малыше потом?

– Да. Но сначала девять месяцев покоя и морского воздуха.

– Я уже тебе завидую.

– Поехали со мной.

– Я обещаю приехать в гости, но вряд ли останусь. Мама сказала, чтобы я начинала работать в фирме отца.

– В смысле твоего?

– Да.

– А ты не хочешь?

– Я понимаю, что у них свои разборки. Но для меня он нас кинул. Вот и весь разговор.

– Понимаю.

– У тебя деньги есть? Может, на самолет надо или что еще?

– Нет, спасибо. Все в порядке. Может быть, с вещами попрошу тебя потом помочь.

– С тобой поехать?

– Не стоит.

– Ну ты звони, ладно?

– Конечно. Спасибо за гостеприимство.

– Было бы за что. Ну пока.

– Пока.

Я спускаюсь, как раз когда такси паркуется у многоэтажки. И назвав адрес, нервничаю весь путь.

И я была готова ко всему, что могла бы увидеть.

Но только не встретившую меня… ненависть, что явно читалась на его лице в глазах.

Да как он смеет так смотреть на меня?

Глава 6

Я игнорирую эту ненависть, которая льется патокой мне на голову.

– Я за вещами, – все, что мне удается сказать, да и большего не желаю произносить.

– Вовремя. Я уже начал их собирать.

Снимаю обувь и ступаю в спальню, предчувствуя что-то нехорошее. Но как только открываю дверь, передо мной картинка предстает весьма неприятная.

– Что это такое? Что ты сделал?

Оглядываю пол, усыпанный моими вещами и открытые шкафы.

– Собирал твои вещи, Олеся.