Любовь против (не)любви

— Правда такова, что я не помню, кто толкнул меня с обрыва. Но понимаю, что возможность была очень много у кого. Вот например ты, Рональд, что делал в то утро? — и посмотреть со значением, как на того же двоечника.

— Да что всегда, разминался с ребятами.

— И кто может подтвердить?

— Да все, кто там был.

— А по именам?

— Я что ли помню! Как всегда.

— А вот вспомни, — со значением сказала Катерина. — Вдруг понадобится?

— И кто поверит твоему слову?

— А почему непременно моему? Вдруг этим делом заинтересуется кто-то ещё?

— Да кому ты нужна!

— Я — может, и никому, а вот врагам такие сведения никогда лишними не бывают, — отрезала она.

— Говорил я Робби, не нужно на тебе жениться, — покачал головой Рональд.

— Он, наверное, способен сам решить — нужно ему жениться, или не нужно.

— Вот-вот, единственный раз в жизни поступил, как сам решил, — усмехнулся он.

— И не помню, и ещё не верю.

— Так я напомню, — улыбнулся он.

Довольно мерзко, говоря правду.

— Попробуй, — пожала она плечами.

Рональд шагнул и обхватил её, и поцеловал, то есть — попытался. Потому что Катерина даже не стала применять неотрепетированную ещё магию, а просто пнула коленом между ног. Как когда-то Катя Василькова — вредного одноклассника. Он, очевидно, не ожидал — отскочил, налетел на ступеньку, но сориентировался и не упал.

— Ну ты…

— Я? Скажешь тоже. Может, ты? Невероятная самоуверенность и наглость. Всё время так, да? И это был ты, да? Я-то думала, Джейми. А всё проще. Дай пройти.

Подхватить юбки и переть на него танком — чтобы даже не усомнился ни на минуту, что она его просто подвинет, если он не даст дорогу.

Посторонился, дал пройти. Катерина и за ней Грейс поднялись на три ступеньки, вышли в коридор второго этажа, и она огляделась.

Рональд смотрел ей вслед своими голубыми глазами — даже с некоторым восторгом.

— Моё восхищение, миледи, — поклонился он. — Мы ещё встретимся.

— Не сомневаюсь, — поджала губы Катерина.

В комнате она заперла дверь и шёпотом спросила Грейс:

— Что это такое? Что ему от меня надо?

— Ох, миледи. Он же вам прохода не давал. Его так взбесило, что вы согласились выйти за милорда Роберта, что он чуть вас не поубивал обоих.