Любовь против (не)любви

 — Я слышал, ты всё позабыла? Значит, тебе нужна помощь.

— Нет, Рональд, мне не нужна помощь. Дорогу до своих комнат я уже выучила заново. И вовсе не собираюсь утруждать тебя. И вообще — я тебя не задерживаю, — на «ты» так на «ты».

— Правду говорят — ты изменилась, Кэт. Что такого сделала с тобой старая Мэг?

— Госпожа Мэгвин вернула меня к жизни, за что я ей благодарна.

— Интересно, как ей это удалось? — сощурился Рональд.

— Она умеет исцелять, — пожала плечами Катерина.

— Даже такая… далёкая от жизни особа, как ты, должна знать — исцеляют живых.

— А вдруг тебе показалось? — вот ещё только не хватало, будет сейчас тут болтать всякую совершенно нежелательную ерунду!

— А ты думаешь, я живого от мёртвого не отличу? — усмехнулся он. — Это ты всю жизнь в замке просидела, а мне-то, представь, и воевать довелось, и убивать. Ты была совершенно мертва. Таких не лечат.

— Как же? Искусственное дыхание, массаж сердца, — сказала Катерина как о чём-то само собой разумеющемся.

— Что? — нахмурился он."

"— А ещё бывает летаргический сон, — сказала ему Катерина, как безнадёжному двоечнику. — Когда человек всё равно что умер, только спит.

— Ты откуда столько всего вдруг знаешь? Это ведьма Мэг тебя настропалила?

— А ты не думал, что я и сама могла раньше книги читать? Вот ты, вроде, грамотный, а книгу когда в последний раз в руках держал?

— Было надо, и держал, — ответил Рональд.

— И как ты представляешь себе обратное? Разве мертвые ходят, едят, спят, и всё остальное делают?

— Мало ли, на что способна ведьма, чтобы досадить Телфордам? — сощурился он.

— А если тебе всё это сомнительно, то чего ради ты тогда, как говорят, меня своими руками к госпоже Мэгвин в дом принёс? Потому что верил в чёрное колдовство? Или по какой другой причине?

Вопрос ему не понравился — даже и никакой специальной силы не нужно, чтобы это понять.

— А она рассказала, с чего ты вдруг со скалы в море сиганула? — приподнял бровь Рональд.

— Откуда же ей было это знать? Она просто предупредила, чтоб я была осторожна.

— Мудро, — согласился он. — И сколько правды в словах о том, будто ты мало что помнишь из прежней жизни? Ну, кроме книг, надо полагать, — и усмехнулся особенно мерзко.