Будь моей беременной

"

"— Я все же с ней поговорю, — решил я, направившись к двери. Должна же у нее быть хоть капля сострадания.

— Ну, попробуй, конечно, — хмыкнула мать. — Только надень штаны, для начала.

Благо, бежать для такого жизненно важного, судьбоносного, я бы сказал, разговора пришлось не очень далеко. Комнаты бабули находились в левом западном крыле нашего поместья. И уже спустя несколько минут я стоял на пороге ее спальни.

В комнатах бабули было душновато и пахло какими-то ядовитыми зельями. Почему-то лекарка моей бабушки миссис Кейт Волтер считала, что чем вонючее отвар или мазь, тем лучше оно помогает.

Мне в это верилось с трудом, и несколько раз я даже пытался об этом сообщить драгоценной родственнице. Но… я лицо заинтересованное, потому бабуля мне доверяла, но не очень. Мало ли…

В общем-то, я даже не обижался за ее недоверчивость. Помнится, после того, как она в прошлый раз переписала завещание, разделив имущество между всеми отпрысками рода Рейверс, в ее чае, самым неожиданным и волшебным образом уже к утру оказалась магрелия.

Идиотом, правда, нужно быть, чтобы травить мага земли цветочками. Но факт остается фактом. На бабулю покушались, и она теперь предпочитала всех любить на расстоянии. Не ближе, чем в несколько кварталов, желательно.

Сейчас Амадея Рейверс полусидела в кровати, обложившись подушками и пристроив на лбу повязку. Годы не пощадили леди Рейверс — некогда самая красивая дама города сдалась времени: ее лицо обзавелось морщинами, волосы выбелила седина, нос стал немного крючковатым.

И только в темных глазах, пусть даже за стеклами очков, можно было разглядеть острый ум, трезвый рассудок и хитринку. Которые бабушка умело скрывала, притворяясь немощной. В руках она держала утреннюю прессу и умирать, кажется, совершенно не собиралась. Что было лучше, чем прекрасно.

Правда, завидев меня, спохватилась, вспомнила о тяжелой болезни, терзающей ее уже полгода, и, уронив газету, протянула мне руку, изобразила на лице такую муку, что я почти ей поверил.

Если бы не знал, какой бабушка была актрисой, когда это было необходимо.

— Эрик, — простонала бабуля в полной тишине покоев. — Как я рада, что ты, наконец, изволил меня навестить!

— Простите, бабушка, дела… — состроив покаянное выражение слегка помятой с похмелья физиономии, я приблизился к кровати и взял бабушку за руку. — Как ваше самочувствие сегодня?

Бабушка окинула меня внимательным взглядом и вздохнула:

— Все так же, милый.