Будь моей

Няня недовольно протягивает мне телефон с набранным номером Богдана.

— Я вам все сказал, Наталья. Работать у меня вы больше не будете.

— Это я, — произношу в трубку.

— Прости. Надо дать тебе свой номер.

Я хочу сказать, что не надо. Мне так точно. Но вслух говорю совсем другое:

— Рома просится погулять. Я не знаю, можно ли, поэтому звоню.

— Где погулять? — уточняет Богдан.

— Где ты хочешь погулять? — спрашиваю у Ромки.

— В толговом центле. Где-нибудь, где можно поиглать. Мне тут надоело.

— Он хочет в торговый центр.

Я прекрасно понимаю ребенка, которому скучно во взрослом отеле. Он хочет играть, развлекаться, общаться с детьми. А его тут закрыли в огромных хоромах и завалили игрушками. Но вместе с тем я осознаю, что Богдан вправе нас не отпускать. Доверить ребенку бывшей, которая постоянно ему врала? Зря я вообще позвонила.

— Слушай, зря я вообще звоню, — говорю, когда по ту сторону повисает продолжительная пауза. — Мы тут поиграем.

— Нет, все в порядке, можете поехать, но с охраной.

После этих слов в трубке звучат гудки. Ромка прыгает и спрашивает, разрешил ли папа поехать, а няня смотрит на меня с недовольством и ждет, когда я отдам ее телефон. Я же просто… в ступоре!

Он только что отпустил со мной Рому и приказал мне отчитаться вечером о работе няни? Я не ослышалась?!

И ведь он действительно приказал, а не попросил! Отдал распоряжение, как подчиненной!

— Наталья, — окликаю няню, которая собралась уходить.

— Да?

— Богдан попросил вас пока остаться и съездить с нами в торговый центр.

— Хорошо. Мы прямо сейчас поедем?

— Да, можно. Ты собран? — спрашиваю у Ромы.

Он кивает и берет меня за руку. Наталья ему по всей видимости не очень нравится, потому что ее он пытается демонстративно игнорировать.

В торговом центре мы сразу находим комнату развлечений и на следующие два часа отдаемся играм.

— Лера, — зовет меня няня. — Роме бы пообедать.

— Да, сейчас.

Наталья мне не нравится. Не потому, что она плохо исполняет свои обязанности, а потому что она делает их механически. Даже сейчас. Пока мы резвимся и развлекаемся, она стоит в стороне, как телохранитель и наблюдает.