Хранительница Мира

Они почувствовали, как натянулись заранее расставленные Мирой сигнальные нити. Дрэйк первым метнулся в сторону лагеря. Бесшумно и настолько быстро, насколько вообще возможно. Успел вовремя. Винсент только подобрался к Александре, намеренный напоить ее отравой. Похоже, не зря он спрашивал о ядах отсроченного действия, сомневался.

Винсент резко подскочил на ноги, когда услышал шорох за спиной. Но Дрэйк уже подобрался на расстояние удара. С глухим звуком предатель повалился на землю и затих. Сзади подбежала запыхавшаяся Мира.

— Получилось, — обрадовалась она.

— Да, — Дрэйк присел возле Винсента, чтобы связать его руки за спиной. — Осталось допросить.

***

После того, как лазутчик был связан, они подняли спящих членов клана. Винсента привели в чувство и допросили. Сопротивлялся он недолго.

— Вы не понимаете! — вскричал он, коверкая слова и сплевывая кровь. — Орден везде. В управлении Драко, Ринделла, Серебряной Луны, даже Митрила. Ты либо с ними, либо труп. Они спровоцировали Рогнара к началу войны. Он собрал армию, которую направят против Серебряной Луны.

Дрэйк махнул рукой, многозначительно взглянув на Нельсона. Главное они выяснили. Нельсон без слов приблизился к Винсенту и перерезал тому горло. Убийство не вызвало в нем и сотой доли тех чувств, что подняли в душе слова Винсента. Теперь члены клана узнали о том, что Александра не просто наследница трона, но и Хранительница души.

— Что теперь? — спросил Нельсон. — Если отдать Рогнару Хранительницу, Безликий пробудится.

— Он и так пробудится, — спокойно ответил Дрэйк. — Александра больше не может сдерживать его душу.

— Значит, Винсент был прав? Мир обречен?

— Я путешествовал с Александрой и могу сказать одно, Исаазу плевать на нас, на весь мир и на Орден в том числе. Он зол и жаждет мести. А единственная, кто действительно может ему помешать — на последнем издыхании.

— И что нам делать? — спросили растерянно.

— План не меняется. Ишари всегда держат свое слово. Мы выполним заказ и передадим Александру Рогнару.

Она стояла в стороне, бледная, растерянная. Вновь обнимала свои плечи руками, словно пыталась согреться. Хотелось подойти к ней, обнять и самому найти в этом жесте успокоение, потому что в плане было слишком много белых пятен. Он даже не мог с уверенность сказать, что останется жив. Его попытаются убить во время обмена или же позже, руками его сестры.