Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

— А что здесь такого? — беспечно пожал плечами оперативник. — Пошутить нельзя? Другие вон чего, и то ничего, а я чего? Если эти заср… — Миранда посмотрел на Павлину, поправился: — Сасровцы до сих пор не проявили к нам интереса, значит, они вне темы. Останься среди них хотя бы один засланец… он уже поднял бы тревогу, и в отель выбросился бы десант посерьёзней.

— Ну, голова! — съехидничал Женя Лёв.

— Оба хороши, — усмехнулся Даныбай. — Всё, работаем.

Оперативники БОН исчезли.

— Я, пожалуй, тоже пройдусь, — направился вслед за ними снайпер.

Щёлкнула, закрываясь, дверь."

"Павлина бросилась в объятия мужа. В последние дни им не удавалось уединиться, и это обстоятельство становилось невыносимым…

Даныбай заявился почти через час. Сделал вид, что не замечает радостно-измученные и в то же время виновато-довольные лица мужа и жены.

— Что нового?

— А у тебя? — поспешно спросил Прохор.

— Плывём.

— Очень информативно. Я попробую тренироваться.

— Каким образом?

— Мне всё равно надо исследовать Бездны, вот я и махну туда, на пару тысяч… превалитетов.

— А если застрянешь, как в прошлый раз?

— Во-первых, не застряну, я уже понял хитрость числохождений, ничего сложного в них нету. Во-вторых, даже если я где-нибудь задержусь, твои «родственнички» вытащат меня оттуда.

— Они уже пробовали, и у них не получилось. К тому же ты забываешь, что тебя могут ждать засады.

— Вряд ли Владыки, или кто там у них этим занимается, успели всадить свои программы во всех Прохоров.

— Всё равно надо сначала дождаться моих «братьев».

— Да идите вы все! — разозлился Прохор; мама в таких случаях говорила об отце: вожжа под хвост попала, а он был копией отца, превосходя его в упрямстве. — Я теперь в туалет не могу сходить без вашего разрешения?

— Ладно, не кипятись, — уступил Даныбай.

— Я всего лишь минут на пятнадцать, — остыл Прохор.

— Может, подождём? — робко спросила Павлина, кивнув на Даныбая; она имела в виде визит Саблиных.

— Пусть они меня ждут, — строптиво огрызнулся Прохор.