Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

— Жизнь изменилась, — с беглой улыбкой пожал плечами Саблин. — Я не сразу понял, что люблю Варвару. В этом смысле мне повезло больше, чем Прохору.

— А у него что за проблема?

— Он любит одну женщину, она его нет.

— Кто она?

— Юстина Бояринова, майор полиции.

— Даже так? — подняла умело подведённые брови Алла Юрьевна. — Не каждая женщина способна стать майором.

— Она к тому же ещё командир группы спецназа, очень решительная особа. Я знаю её с детства, и это я познакомил с ней Прохора.

— Жалеешь об этом?

— Нельзя сказать, что жалею.

— Где он работает?

— В студии технического дизайна «Наноболт».

Алла Юрьевна улыбнулась.

— Звучит непрезентабельно. Он инженер по образованию?"

"— Математик. — Саблин хотел рассказать об увлечении Прохора формонавтикой, но передумал.

— Почему вы так маскируетесь? Чужие фамилии, напустили туману, никуда на экскурсии не поехали.

— Появилась одна проблема, — поморщился Данимир. — Если бы не она, мы к тебе, наверно, и не прилетели бы. Постарайся нигде не распространяться о нашем приезде. Даже если позвонят и спросят.

— Во-первых, я не распространяюсь, ты меня знаешь. Во-вторых, кто может мне позвонить и спросить?

— Из Москвы. — Саблин сделал паузу. — Из полиции.

Алла Юрьевна нахмурилась:

— Даже так? Надеюсь, вы ничего криминального не совершили?

Саблин поднял руки, поклялся:

— Ни боже мой!

Алла Юрьевна подозрительно посмотрела на него, но у неё зазвонил мобильный, и она отвлеклась.

Саблин поднялся, шепнул на ухо:

— Поговорим вечером, не буду мешать.

Вышел из ресторана.

Прошло уже больше четырёх часов с момента, как он покинул номер Прохора, но тот не звонил, и у Данимира шевельнулось нехорошее предчувствие.

На стук в дверь математик не ответил. Молчал и его мобильный.

Саблин потолкал дверь, всё больше беспокоясь, позвал друга, потом вспомнил, что может зайти к нему в номер со стороны веранды, и открыл дверь своего номера.

Дверь из номера Прохора на веранду была полуоткрыта.

Сам он лежал в спальне на кровати в шортах и майке, навзничь, с закрытыми глазами, и, казалось, спал. Грудь математика вздымалась редко, но спокойно.

Саблин дотронулся до его плеча.

Прохор не пошевелился.

Саблин потряс его за плечо, за руку, дёрнул за ухо.