Белые искры снега

– Злорадский? – очень удивилась я, обернувшись. – А ты что тут делаешь?

– А ты подумай немного и догадаешься, – отозвался возмущенно парень. – И если сможешь, запомни мою фамилию, Анастасия Куровна.

– Куровна уже была, – отозвалась я. Опять этот мерзкий ребенок меня дразнит!

– Ничего страшного. Белка просила передать, что нужно купить не двадцать роз, а двадцать одну, – сказал он мне.

– Какая еще белка?

– Завуч наша. Зовут ее все Белкой.

– А позвонить нельзя было и сказать?

– Они твоего номера не знали, – отозвался Зарецкий.

– Хорошо, куплю двадцать одну розу, можешь идти. – Денег завуч дала предостаточно.

– Я пойду с тобой. Проконтролирую, – отозвался парень.

– И что ты будешь контролировать? Чтобы я всю сдачу принесла, что ли? – прищурилась я.

– Сама разбирайся со своей сдачей, – отозвался с достоинством Ярик. – Гляну на цветы. А то вдруг ты покупаешь цветы так же, как проводишь сочинения.

– В смысле? – снизу глянула я на вымахавшего Зарецкого.

– Помогаешь любимчикам. Вшивковым всяким, – делал вид, что его интересует пейзаж, парень.

– Никому я не помогаю.

– Ну да, конечно. – Его только за один насмешливый голос хотелось удушить и прикопать где-нибудь здесь, под снегом. – А то никто ничего не понял.

– Слушай, ты вообще зачем пошел? – остановилась я.

– Чтобы не пошел Вшивков, – отозвался легкомысленно Ярослав. – Сначала хотели послать его, но сходить решил я.

Я засмеялась и, распахнув дверь магазинчика, жестом пригласила Ярослава войти.

– Прошу, ваше высочество, – сказала я и даже слегка поклонилась. Проходящие мимо люди странно на нас покосились.

– Детский сад, – задрал Яр нос и зашел в пропитанный ароматами самых разных цветов магазинчик, не позаботившись придержать дверь для меня.

* * *Женька оказался в этом районе города совершенно случайно – ночью, во время репетиции с парнями из группы у него порвалась струна, и он поехал в любимый, затерявшийся между высоченными домами, музыкальный магазинчик, в котором и нужный товар всегда имелся в наличии, и цены радовали демократичностью, и одним из продавцов был его старинный приятель – тоже музыкант.