Белые искры снега

Но их уже нигде не было – видимо, Настя и ее ухажер сели в машину – как раз следом за микроавтобусом с парковки отъезжал черный автомобиль с темными стеклами – разглядеть, кто за ними скрывается, Женька не мог. Но почему-то он подумал, что Настя сидит именно в этой машине. Злость накрыла его с головой так, что даже в кончиках пальцев появились пульсирующие иголки. Да и к сердцу кто-то попытался прикрепить степлером бумажный портрет Насти, которая с нежностью держала свой волшебный белоснежный букет.

Он безумно заревновал ее, хотя сам отталкивал.

Женька вдруг достал мобильник, перестав себя контролировать, хотя знал, что это необходимо – это условие оговорено с Аленой. Он набрал номер телефона, который и так знал наизусть, и несколько раз пнул ногой в высоком ботинке со шнуровкой забор в ожидании ответа.

Настя взяла трубку не сразу.

– Да, – услышал парень ее удивленный голос. Он был прав – судя по звукам, она была в движущемся автомобиле.

– Привет, – видимо, голос Хирурга был не очень похож на обычный, потому что девушка спросила:

– Привет.

– Нет. То есть да.

– В смысле? – не поняла Настя. – Говори яснее. Что-то произошло?

– Ты где? – задал вопрос Женька.

– На практике.

Он никогда не слышал, чтобы Настя врала и недоговаривала. Она всегда была прямолинейной и могла без проблем озвучить свою точку зрения, однако делала это вежливо и без всякого желания кого бы то ни было обидеть – именно это качество и привлекало Женьку в Анастасии, хотя многие считали ее то слишком холодной, то чересчур настойчивой.

– Скоро закончишь? – с трудом погасив свой внутренний огонь ревности и возмущения, спросил Женя.

– Не знаю. А что ты…

Парень перебил ее.

– Приезжай ко мне. Я скучаю, – сказал он. Настя молчала. – Приедешь? – спросил он с какой-то совершенно глупой надеждой, почти точно зная, что Настасья не бросит этого модного кента, который дарит такие шикарные розы.

– Ну?

– Я приеду, – ответила девушка осторожно. – Но не сегодня. Завтра. Давай я приеду завтра? – если бы Женька мог мыслить адекватно в эту минуту, он бы услышал, как в голосе девушки появились почти счастливые нотки.