Белое солнце дознавателей. Книга 2

А нам привезли следующего пациента.

— Я только декаду назад сдал на Младшего целителя, — выдохнул стажер обреченно, увидев перекрестье красного на диаграмме.

Сестра встревожено посмотрела на меня, когда я разворачивала диаграмму из стороны в сторону.

— Состояние стабильно, но… учитывая повреждения, как только снимем «стазис» и «кровоостанавливающие» плетения…уровень сразу упадет до критического…

— Знаю, — сосредоточенно ответила я.

— Вижу сам! Нас самим не справиться, нужно ждать Старшего…

— А если начнется откат? — резонно возразила Сестра.

— Значит — умрет, — рявкнул стажер так громко, что Райдо шевельнулся у входа. — Я — Младший! Я ничего не могу сделать…

— Вы этого не проходили, — прошептала я тихо.

— Да! Никто не проходил, это дают дальше! Я предлагаю…

— … просто отправить его умирать, — Райдо подал голос первый раз за все время в операционной. — Просто отправьте его умирать. Вы же — целители.

Диаграмма выглядела не так плохо, как казалось на первый взгляд.

— Что у вас с контролем? — бросила я стажеру. — Нужна бумага, построить схему, — сестре.

— Какую схему? Мы этого не проходили!!!

— Бумага. Быстро. Что у вас с контролем, стажер!

— Пятый, пятый круг и пятый уровень. Пять-пять, — повторил он по слогам.

— Пять — плохо. Будет сложно, но можем попробовать, — пробормотала я себе под нос и начала делать то, что делала всегда, планируя каскад сложных плетений — принялась набрасывать ход операции в последовательных связках.

***

— Разряд!

Плетения реанимационного круга сверкнули в воздухе, мгновение — и снова ничего не происходило. Сердце — не билось.

— Разряд!!!

Плетения сверкнули в воздухе ещё раз.

— Разряд!!! Увеличить мощность!!!

— Это — последний накопитель!!!

— Вместе, с двух сторон, на счет три, — скомандовала я стажеру и увидела быстрый кивок в ответ.

Мы дышали шумно — по вискам стекал пот, стажер обреченно опустил руки, пока я не услышала самый лучший звук в мире — ритмичный стук. Сердце замерло на миг, и мы затаили дыхание, а потом забилось… и диаграмма — ожила.

Тук. Тук. Тук.

Мы не потеряли его — нашего третьего, мы — не потеряли его.