Беги, ведьмочка, беги

Но птица вновь завела свою трель.

Он, все же, открыл глаза и посмотрел на нарушительницу тишины. Маленькая, невзрачная, но какая назойливая! Повернувшись, чтобы проверить, не разбудила ли птица его ведьмочку, он вдруг нахмурился. А куда это она подевалась? Приподнявшись на локтях, Олих осмотрелся по сторонам. Ни Велмы, ни слуг. Утро было такое раннее, что все еще спали. А ведьмочка исчезла.

Вскочив с кровати, как был, нагишом, прошел на балкон и выглянул в сад. Никого. Тревога тоненькой змейкой пробралась ему под кожу.

Медленно, очень медленно оглянулся. В полумраке загорающегося утра, на каменном полу лежал шнурок. Даже не стал его поднимать. Он и так прекрасно знал, что это за тесемка. Он сам дал Велме этот артефакт.

Но он не думал… Да даже представить себе не мог, что она им воспользуется! Она его бросила! Его, предложившего ей то, чего никогда и никому не предлагал!

Обнаженное тело его вдруг стало покрываться чешуей, увеличиваться в размерах. Вмиг обострившимся зрением он заметил, как что-то алело на постели.

Подскочил — прядь ее волос, перевязанная ленточкой.

Он схватил эту прядь и выбежал на балкон, на ходу обращаясь в дракона.

Этим утром челяди и драконам пришлось проснуться раньше обычного. Приникнув к окнам, из своих покоев Кейден, Бастиан и Урлас наблюдали, как беснуется в небе их брат. Яростный рев дракона разносился далеко за пределами замка.

— Значит, все-таки, ушла, — прошептал Урлас. Он и сам не отдавал себе отчета, радуется он или огорчается. И что будет делать, если Олих потребует найти ее?

Дракон вернулся во дворец лишь вечером.

И не просто явился, а влетел в тронный зал, в воздухе обращаясь в человека. Чешуя все еще покрывала его шею и грудь, когда он подошел к трону. Так и не сев на него, посмотрел на братьев, дожидавшихся его еще с утра.

— Скажи-ка мне, Бастиан, — вдруг начал Олих. — Ты уже победил свой голод?

— Скажем так, я его контролирую.

— Хоро-о-ошо-о-о. Тогда следующий вопрос. Мне доложили, что ни одна ведьма за последний месяц от твоих рук не погибла.

Почему? Чем ты удовлетворяешь свои потребности?

Не ожидая такой темы для разговора, присутствовавшие были напряжены и удивлены.

— Я с ними договариваюсь. Я пью их магию, но оставляю им жизнь. И щедро вознаграждаю их за это. Из своей, конечно, казны.

— То есть, я правильно понимаю? У нас нет необходимости держать ведьм в темницах? В смысле, для твоих нужд?

— Нет, такой необходимости нет.

— Тогда вот мой первый приказ.