Бальзам Авиценны

Подкравшиеся сумерки наполнили сад лиловыми тенями, резче стал аромат роз и запах скошенной травы – сегодня рано утром Луиджи приводил в порядок газоны. По дорожке, выложенной плитками красного камня, неторопливо прохаживался подтянутый господин в добротном дорожном сюртуке и низко надвинутой на лоб темной шляпе. Услышав шаги священника, он обернулся.

Отец Франциск всмотрелся в его лицо. Нет, раньше они никогда не встречались. Наверное, проезжий, поскольку на крестьянина он не похож.

– Слушаю вас, сын мой.

– Вы отец Франциск? – На итальянском незнакомец говорил с французским акцентом.

– Да, чем могу служить?

Незнакомец скользнул взглядом по фигуре священника, по окнам церкви и, обернувшись, показал на стоявший в глубине сада дом:

– Это ваше жилище? Может быть, нам лучше поговорить там? Вы живете один?

– Почему это вас интересует? – насторожился священник.

– Лючия… – шепнул незнакомец, и отец Франциск, не задавая больше вопросов, повел его в дом.

– Мы одни? – осведомился он, осматривая скромное жилище священника. – Нас никто не подслушает?

– Нет. Говорите, ради Бога, что случилось? Ей грозит опасность?

Вместо ответа незнакомец выхватил из-под сюртука дубинку и сильно ткнул ее концом в живот Франциска, заставив его отступить на шаг.

– Где она?

Отец Франциск провел довольно бурную молодость, но потом решил стать священником, в чем ему помогли покровители, не забывшие некогда оказанных им услуг.

Незнакомец ловко увернулся и вновь взмахнул дубинкой. Резкая боль пронзила левый локоть падре, однако он вовремя отступил и не дал зажать себя в углу. А проклятая дубинка так и мелькала перед глазами, и руки уже немели от боли, парируя ее удары.