Артефакт с темным прошлым [Сборник]

Лев Иванович вдруг почувствовал укол совести, внутри зашевелились сомнения. Неужели он ошибся и уже несколько часов мучает невинную девушку? Скромная и свежая, как полевой цветок, Алиса сидела на краешке стула, аккуратный пучок на голове, прямая спинка, огромные очки, делающие лицо беззащитным и немного детским. Нижняя губа прикушена от боли, травмированная нога отставлена в сторону. Тут же его пронзила мысль – это всего лишь образ, специально для нас, для оперативников и государственного защитника. Такая невинная скромница, которая совсем не в курсе, что происходит за плотными шторами в приватных кабинках бара «Золотой лев».

– Алиса, а откуда у скромной студентки деньги на покупку квартиры в центре столицы, дорогой иномарки?

Девушка залилась густой краской, так что заалели даже кончики ушей. Она опустила глаза, слезы закапали прямо на пол. Шепотом девушка призналась:

– У меня есть любовник. Мы обожаем друг друга, но он женат и не хочет разрушать семью. А я… слишком слабая, не могу ничего поделать со своими чувствами.

– Интересная история, – Лев Иванович одновременно восхищался актерским талантом девушки и в то же время злился, что никак не может поймать ее на лжи. – А как это отвечает на мой вопрос?

– Это его подарки, – еще тише зашептала скромница. – Он так пытается загладить свое ощущение вины, ведь я всегда одна.

Адвокат откашлялся и встал со своего стула, давая понять, что разговор окончен:

– Ну что ж, Лев Иванович, ответы на свои вопросы вы получили. Давайте обсуждать, когда Алиса Борисовна может уже быть свободна, ей срочно нужна…

– Да, я помню, – резко оборвал его опер. – Ей нужна медицинская помощь, и сейчас я отвезу ее в больницу, потом обратно в отдел. Вернется она домой через 48 часов согласно закону.

Законник с удивлением уставился на непривычно резкого опера, за все годы сотрудничества такое было впервые. Гуров всегда отличался вежливостью. Лев сидел с суровым лицом, стараясь не реагировать на удивление защитника. Сейчас главное – Банина, которая должна понять, что ее чары не действуют на сотрудника уголовного розыска. Пускай испугается, сорвется и покажет свое истинное лицо, а не эту страдающую от полицейского произвола мученицу.