Арканарский вор

На этот раз парк был практически пуст. Даже загулявших с вечера парочек не было видно. Похоже, после забав росского купца с собутыльниками он стал пользоваться дурной славой. Авантюриста это устраивало от и до. Лишние свидетели ему были не нужны. Операция по освобождению его величества Карла III вот–вот должна была начаться. В проулке стояла крытая карета, которая, по замыслу великого комбинатора, должна была доставить его, Батлера, и узников к тайному ходу во дворец, а вот там уже он как спаситель отечества…

Зацокали копыта.

Кабриолет остановился около входа в парк. Сидевший рядом с кучером сержант грузно сполз с облучка, повертел головой и, заметив Арчибальда около фонтана, облегченно вздохнул. Успокоенный полицейский потрусил открывать дверцы фургона, из которого доносились невнятные звуки.

Росский купец и приказчики хриплыми, пропитыми голосами азартно давили песняка.

— Тихо, уроды! — рявкнул на них сержант. — Вас к большому человеку привезли! Стоять перед ним по стойке «смирно».

— Какое «смирно»!

— Вишь, нас штормит!

— Начальник! Похмелиться дай!

— Тьфу! — сплюнул Джаспер. — Выводите. Пускай с ними лейтенант разбирается.

«Уголовников», закованных в цепи, вывели из фургона и потащили вслед за сержантом, который уже подбегал к Арчибальду.

— А почему они в шубах в такую жару? — удивленно спросил Арканарский вор.

— Росские. Что с них взять. Это они так друг перед другом выпендриваются. У кого шуба богаче, тот и…

— Ясно, — кивнул аферист. — Так, начинаем следственный эксперимент. Ну, господа уголовники, рассказывайте, что вы тут в прошлый раз делали? По каким местам ходили?

— Волки позорные! — заорал один.

— Ниче не скажем, в натуре! — поддержал его другой.

— А я ваще в несознанке, — прогудел третий, почесывая бороду.

Арчи потряс головой. У него возникли смутные сомнения относительно того, что один из этих трех бородачей король.

— Так, кто из присутствующих здесь участвовал в задержании? — обратился Арчибальд к конвоирам.

— Наш наряд и присутствовал, — ответил один из них, с трудом удерживая цепь, на другом конце которой была рука «купца», терзавшая свою бороду.