Арканарский вор

Панике не поддался только Арчибальд, так как, в отличие от остальных студентов, занимавшихся, по его мнению, всякой ерундой, он был занят очень важным делом: готовил подарки для своего неблагодарного друга Дифинбахия, раз уж Дуняшка от даров отказалась. Его ловкие руки шустро скручивали подсвечники со стен и аккуратно запихивали в мешок. Краем глаза он прекрасно видел вздымающуюся в ровном дыхании грудь Марганелла, а потому был за него относительно спокоен; и еще он заметил, что огоньки в глазницах скелета, присевшего отдохнуть после трудов праведных на каменную скамейку, сменили колер с красного на зеленый.

– Ну что? – вопросил он покойничка, присаживаясь рядом.

Скелет обреченно кивнул головой.

– Да, не завидую я тебе. Поднять подняли, а объяснить, зачем подняли, не удосужились. Я тебе сочувствую, мужик… Ты ведь мужик?

Скелет кивнул еще раз.

– Да–а–а… не завидую. Лежал ты тут, никого не трогал, на косточки свои упокоенные по всем правилам сверху любовался. А тут пришли, подняли… Я тебя понимаю, мужик. Я б тоже на твоем месте возмутился, но ты мне скажи, каким местом думал, когда преподавателю нашему крышкой гроба прическу портил? Кто тебя теперь обратно упокоивать будет? Я ведь заклинания не помню.

Скелет явно заволновался.

– И вообще, чего ты на него взъелся?

В глазницах скелета вновь засверкали опасные красные огоньки. Он начал яростно жестикулировать руками, поочередно тыкая костяшками пальцев сначала в Марганелла, а потом в себя.

– А–а–а… – дошло до Арчибальда. – Ты тоже некромантом был?

Скелет яростно закивал черепушкой и вновь потянулся к крышке гроба.

– Отставить! – рявкнул Арчибальд. – А ну в глаза мне смотреть!

Скелет уставился на афериста, и огоньки в глазницах вновь замерцали зелеными сполохами.

– Да, не любишь ты коллег. Понимаю: догадываешься, что дальше будет. Да ты садись, садись. В ногах правды нет.

Скелет плюхнулся обратно на скамейку.

– Теперь тебя лет двадцать каждую ночь будут поднимать, упокоивать, поднимать, упокоивать, и кто? Студенты, заклинания толком читать не умеющие.