Арканарский вор

Значит, я там не был!

– Вот видишь, – обрушался на Дифинбахия маркиз де Дубьен. – Он там не был!

Шеренги первокурсников зашелестели:

– А в чем дело?

– Что произошло?

– Да объясните же наконец!

– То вам знать не положено! – рявкнул Дубьен. – Молчать! Мне приказано пожурить… – маркиз запутался окончательно, потряс головой. – и я журю…

– А можно, я встану обратно в строй, – нетерпеливо заерзал аферист. Серебряный кастет в его кармане уже нагрел золото, и вся эта масса начала подогревать ляжку. – Я ж тут ни при чем…

– Вставай!

Арчи метнулся за спину Дуняшки, выдернул кастет, с размаху воткнул в землю.

– Их было всего тридцать! Тебе, с твоими габаритами… и не стыдно?

– Нет, – честно признался Дифинбахий."

"– Нет?! – возмутился де Дубьен. – В то время как Альдерон подвергается нападению неизвестного врага, когда каждый боец на счету, вы выводите из строя сразу тридцать! Ты что, не мог элегантнее? Не ломая рук, ног, челюстей и черепов? Мало того что лазарет переполнен, мало того что лекции старшекурсников сорваны – треть потока на больничном, – так еще и драгоценное восстановительное зелье Арчибальда де Заболотного все на них ушло.

Дифинбахий виновато развел руками.

– Вот именно, – удовлетворенно хмыкнул де Дубьен, – некачественная работа.

Арчи осторожно ощупал кастет. Вроде остыл. Он торопливо засунул его в карман и вытянулся за Дуняшкой по стойке «смирно».

– Теперь я хочу разобраться, чем вы их били. Выверните карманы!

Дифинбахий послушно вывернул. Там, кроме кинжала в дорогих ножнах, ничего больше не было.

– Нет, ты бил не этим… Хотя… ножичек Гарольда, а это доказывает, что именно ты там был.

Дифинбахий виновато понурился.

– А можно вопрос? – робко спросила Дуняшка, с жалостью глядя на своего племянника.

– Задавай.

– А там, где драка была, клочков шерсти не было?!

– При чем здесь шерсть? Какая шерсть? Там была самая обычная вульгарная драка.

– Вот я и спрашиваю: шерсть была?

– Нет.

– Тогда это не Дифинбахий.

– Не понял.

– Я племянника хорошо знаю. Он, когда рассердится, либо в гигантскую обезьяну превращается, либо в медведя… это у нас в крови.