Арканарский вор

 – Сейчас пойдёшь на центральную площадь Арканара, начнешь прогуливаться около фонтана, периодически вынимая кошелёк и пересчитывая монеты. Затем суешь кошелёк назад и опять гуляешь. Бумагу, что внутри лежит, не трогать! Наложено страшное заклятие. Как только кошелёк из кармана исчезнет – для тебя сигнал: донесение доставлено по адресу. С этого момента свободен. Можешь возвращаться во дворец.

Мажерье щёлкнул лакированными туфлями и строевым шагом пошёл на задание. Арчи потянулся.

– Полдела сделано! – Он прекрасно знал, где любила промышлять его дама сердца.

– Угу.

– Твои предложения?

– Я, помнится, среднего брата женил…

– При чем здесь твой средний брат? – нетерпеливо отмахнулся Арчибальд. – Ты предложения, предложения давай.

– Дык… я и предлагаю.

– Гениально. Мой старший брат, я тебя сейчас расцелую… Да не пяться ты, всё равно не дотянусь.

Арчи распахнул окно. Принцессы, как всегда, гуляли по садику, старательно собирая свой гербарий, в окружении фрейлин и охраны.

– Ух, какие они все воздушные, – бормотал под нос аферист. – Вон та, пожалуй, на меня налезет…

Одуван начал отползать поближе к двери. Дурные наклонности младшего брата пугали его всё больше и больше.

– А вон та твоя будет… Ты куда?

– Да я тут…

– Иди сюда.

До колдуна дошло, о чём речь, он облегченно выдохнул и рискнул подойти к окну.

– А что–о–о… вполне–е–е… – пышные формы патронессы, возвышающейся над фрейлинами скалой, его воодушевили.

– Ну–ка, улыбнись, – потребовал Арчи.

– Зачем?

– Будешь очаровывать женщин.

– Гы–ы–ы…

– Пойдет. Разом все в обморок грохнутся. Выбирай любую. Осталось только заманить их сюда.

– Ну это просто. На живца. Я сейчас.

– Куда ты…

Поздно.

Арчи напряг зрение. Магическая делянка Альбуцина начала лысеть, словно кто–то невидимый энергично шуршал там косой. Как только на ней ничего не осталось, травяной холм с магическим стожком на прицепе прошелестел к окну. Одуван запрыгнул на подоконник, вытянув за собой длинный сук, стожок и верёвку.

– Ну ты даёшь!

– Погоди! Фиг я им всё отдам, – Одуван выдернул из стога какие–то корешки. – Отвернись!

– Зачем?

– Надо.