Арбин

Я посмотрела на небо, загороженное ветками и множеством деревьев, но я бы очень хотела бы увидеть там лица своих родителей вместо сухих ветвей...

- Здесь лес, здесь нет никого рядом, так почему же вы не придете ко мне? Не покажете свои милые лица, которые я почти не помню? – прошептала я, облокотившись об дерево.

Ответом мне послужило молчание леса и редкое пение птиц. Недавно мне исполнилось восемнадцать, но я не чувствовала этого – мне казалось, что я так и застряла в том прошлом, когда мне было всего четырнадцать лет и я узнала новость о гибели своих родителей.

Я так и осталась там, мне словно и по сей день было четырнадцать лет, однако предыдущие события явно говорили о том, что Арбин совершил это с восемнадцатилетней девушкой, но никак не иначе."

"«Тебе восемнадцать, Влада. Пора взрослеть», - раздалось у меня в голове, и я задумчиво опустила взгляд.

Дело в том, что не только планы Арбина пошли наперекосяк. Когда мы с водителем оказались далеко от проселочной дороги, примерно к концу пути мы услышали выстрелы.

Много выстрелов. Я замерла и посмотрела на такого же задумчивого водителя. Тот достал пистолет и кинул на меня холодный взгляд:

- Я должен первым прочухать обстановку, ты не должна пострадать. Стой здесь, и я вернусь за тобой.

- Кто это может быть? Арбин? – спрашиваю я у мужчины, который уже двинулся дальше.

- Навряд ли, - хмуро кинул он через плечо, - Артем Арбинский, если и кинулся на твои поиски, то он будет сзади. Выстрелы оттуда, где нас ждут, и это не к добру.

Вскоре мужчина вовсе скрылся из поля моего зрения, оставив меня здесь ожидать его возвращения.

Прошло время, много времени. Таким образом, я стою на этом месте порядка часа, но никто так и не вернулся. Идти за водителем безоружной я не решалась, потому что стрельба продолжалась длительное время. Идти назад, где, вероятно, может быть Арбин – и подавно не хотелось. Самым мудрым решением я посчитала остаться и стоять на месте, ждать своего спасителя, потому как шаг влево, шаг вправо – и я заблужусь в этом огромном лесу безвозвратно. Хуже поступка и быть не может.

В итоге я не знаю, сколько я блуждала здесь в районе пяти метров, однако уже вечерело, а в животе урчало от голода, ведь я не ела уже около суток. Я отказалась есть в его ужасном, жутком доме, когда Арбин отказался возвращать меня дяде. Тогда, после насилия я была не в себе, а его отказ добил меня вовсе.

Начало холодать, и я надела куртку. Пора было уже что-то решать и, пожалуй, идти дальше, к водителю.