Арестант

Возможно — не один раз. В принципе, у него не было никаких оснований не доверять многократно проверенному Валентину Кравцову. Но законы оперативной работы требовали иного.

Кассета перемоталась. Семенов выпил виски и нажал кнопку «воспроизведение».

После разговора с Наумовым Андрей Обнорский испытывал мощное желание позвонить Кате. Возможно, что-то удастся изменить… он машинально вытащил телефон из кармана. Подумал — и убрал обратно. Он даже приблизительно не знал, что сказать Кате.

Механически переставляя ноги, он шел без определенной цели и определенного направления.

Он совершенно не замечал человека, следовавшего за ним. А топтун даже не думал маскироваться. Около Финляндского вокзала Андрей как бы очнулся. Спокойно, — сказал он себе. — У тебя же аналитическое мышление. Он осмотрелся, увидел вывеску «Рюмочная» и толкнул дверь. В заведении было почти пусто. Довольно высокий уровень цен отпугивал синяков. Обнорский присел у стойки, опустил на пол дорожную сумку. Заказал сто граммов водки «Финляндия», стакан апельсинового соку. На молодого крепкого мужчину, который сел рядом с ним, Андрей не обратил внимания.

Андрей проглотил водку, сделал глоток сока. Чао, бамбино, сорри — доносилось из магнитофона. Обнорскому почудилась в этом какая-та скрытая издевка. Он закурил и стал ждать, пока подействует водка. Справа от него негромко беседовали два солидных мужика в длинных пальто. Звучали слова: черным налом… накладные… гарантийное письмо… Слева безучастно сидел с рюмкой в руке молодой мужик в коричневой кожаной куртке.

Бармен листал потрепанный «Плейбой» пяти-шестилетней давности. Чао, бамбино, сорри… По телу разлилось приятное тепло, в голове прояснилось… Ну, что ты будешь делать, журналюга?… — Не знаю…— Ну-ну! Вот тебе и аналитический склад ума!

Бармен заинтересованно разглядывал грудастую блондинку с теннисной ракеткой в руках. Кроме кроссовок, на ней ничего не было. Лев Моисеич берет всего восемь процентов, — сказал один мужик в длинном пальто другому. Тот кивнул.

Надо поехать домой, принять душ и выспаться.

Спокойно, без горячки. У меня еще почти сутки… У меня ВСЕГО сутки! Двадцать четыре часа. Тысяча четыреста сорок минут, приблизительно восемьдесят тысяч секунд… Всего одни сутки. А что потом? Что они предпримут потом?

Бармен поковырял мизинцем в волосатом ухе и перелистнул страницу. Блондинка стояла на четвереньках и сладострастно ела банан. А накладные мы сделаем на любую сумму, — сказало длинное пальто. Другое кивнуло.