Аполлон на миллион

 – Врач в больнице пояснил, что те, у кого мигрень, устав от боли, могут слопать много таблеток, чтобы отпустило. И самоубийцы записки оставляют. Нет, Рита просто с дозой лекарства ошиблась. Хорошо, что я рядом оказался.

– Да, ей повезло, – согласилась я. – Что вам доктор до нашего прихода о состоянии Маргариты сообщил?

– Ничего, – пожал плечами Федор. – При вас же сказал: в себя пока не пришла, состояние стабильное.

* * *Войдя домой, я услышала из столовой голос Петра Андреевича:

– Были сегодня с Зоенькой на выставке современного искусства.

"– Понравилось? – спросила Глория.

– Очень! – пробасил «папенька». – Осматривал экспозицию, и душа ликовала: оказывается, я совсем неплохо рисую. Думал, мои человечки и домики смешны, ан нет, на выставке полно похожих произведений.

– Нынешние художники считают Репина, Серова, Иванова фотографами, – завела Зоя Игнатьевна. – Сейчас в ходу другой стиль: чем нелепее и страшнее, тем актуальнее.

Я постаралась как можно тише снять балетки. Потом взяла в руки домашние тапочки и босиком, на цыпочках, начала красться к лестнице, надеясь, что веселая компания не услышит, как я вернулась домой, и мне удастся избежать совместного чаепития.

Едва я сделала пару шагов, как из туалета вырулила Анфиса, одетая в длинное серое платье и синий фартук. На голове у домработницы сидела крохотная белая кружевная шляпка.

– Приехали? – завопила она. – Слыхали новость? Ой, стойте! Не двигайтесь!

Я замерла.

– Что случилось?

– Позабыла! – чуть не плача, ответила Фиса.

– Зачем? – удивилась я.

– Экая вы вредная, – упрекнула меня домработница. – Неужто трудно в прихожую вернуться?

Не понимая, что происходит, я вернулась к вешалке.

– Теперь рулите сюда, – распорядилась Фиса.

Я подчинилась, Анфиса судорожно заулыбалась.

– Добрый вечер… Черт, забыла! Давайте сначала. От порога. Войдите еще раз. Не, лучше с крыльца. Позвоните, я открою.

– Что с тобой? – забеспокоилась я. – Не заболела случайно? Так странно оделась. Где нашла эту хламиду? И этот передник, шляпка…

Анфиса шмыгнула носом.

– Ну вот, засыпали вопросами, весь мозг мне порушили. Целый день зубрила, а вы в момент из головы материал вышибли. Позвоните, я сразу открою.

Я по непонятной причине выполнила ее просьбу, вернулась на крыльцо и постучала в дверь.

– Добрый вечер, дорогая барыня, – запела Фиса, распахивая створку. – Дозвольте с вас шубу снять! Проходите в покои. Хозяева кофий кушают, вашему визиту до полусмерти рады.