Альковная тайна содержанки

Ну, вы понимаете, мне очень нужны деньги…

– Я понимаю, – Леня усмехнулся одними губами, – современная молодежь – она такая меркантильная! Никаких чувств! Никакой романтики! На уме – одни деньги!

Антон Антонович вспомнил о своем вероломном юном приятеле и огорчился.

Затем он перевел дыхание и приступил к рассказу.

Их с Синеусовым знакомство было давним, но не очень близким: когда-то они познакомились через Римму Борисовну, иногда встречались на оперных премьерах, на гастролях иностранных знаменитостей и прочих важных событиях в мире оперы.

Он принял Синеусова по самому высшему разряду, угостил коньяком из своих специальных запасов и проводил в кабинет, чтобы перейти к деловой части визита.

И там, в кабинете, Синеусов достал из нагрудного кармана прозрачный пакетик, в котором лежала старая, выцветшая марка блекло-оранжевого цвета.

– Вы большой мастер, – начал Прохор Петрович, как полагается, с лести. – Только вам под силу такая работа. Хотя, впрочем… если вы откажетесь, я пойму… поищу другого специалиста… конечно, мне бы этого не хотелось…

Антон Антонович, внимательно осмотрев марку, поднял взгляд на своего гостя:

– Вы хотите, чтобы я сделал копию этой марки? Но зачем? Поймите, это дорогая работа…

– Это маленький розыгрыш.

"Это прозвучало не очень убедительно, но сумма, которую предложил за работу Синеусов, была весьма значительной, и гравер дал себя уговорить. Конечно, у него имелись какие-то подозрения, в частности, шутка показалась ему чересчур дорогостоящей, но в конце концов, кто платит – тот и заказывает музыку.

Еще большие подозрения вызвала просьба Прохора Петровича о полной конфиденциальности задания. Но, решившись на работу, гравер усилием воли отбросил всякие подозрения и как же сейчас об этом жалеет!

– Ближе к делу! – строго вставил Маркиз.

Антон Антонович взял аванс и приступил к работе.

Изготовить клише не составило для него труда – он действительно был мастером своего дела. Гораздо больше проблем возникло с бумагой для печати оттисков.