Академия второго дыхания: выход пантеры

Несмотря на то что идти было недалеко, пришлось нанять извозчика, так как Родди буквально валился с ног.

— Команда в гостинице, — облегченно сообщил Итан, проверив маячок. — Так я и не понял, почему Экзитер по нашему следу пошел. Они же заявили, что вора поймали, празднования устраивали.

— Акула сказал, — Родди помрачнел, — что экзитерцам нас сдал вампир, наш вампир, Бинго. Издевательски так «Что ж вы предателей в команде держите, бери пример с меня, я один, и только поэтому меня никто в спину не бил». Насколько я понял, он подслушал их болтовню, когда они к «Буре» подходили и нас обсуждали.

Я ахнула. А Итан упрямо покачал головой.

— Сначала поговорю с Бинго. Пока Акула дает только непроверенные сведения. Вот и проверим, насколько не врет. Хотя все больше я жалею о договоренности. Темный он человек, информацию подкинул неясную. Больше вопросов пока, чем пользы.

Карету мелко покачивало, Итан погрузился в размышления, я привалилась к плечу капитана и раздумывала, какой странный человек этот Акула. Что же он имел в виду, когда говорил, что искать надо по старым традициям? Кому из примархов нужен жезл и зачем? В голове роились одни вопросы без ответов.

Я внезапно осознала, что даже опытные оборотни во мне примарха не чуяли, а тут человек глянул внимательно и заподозрил. К тому же чуть не рассорил нас с Итаном. Потом выдал нам Бинго.

Как же я не люблю непонятных людей! Покусав губу, попыталась сложить кусочки пазла, но пока ничего не получилось.

Мы выпрыгнули из кареты и помогли выйти уставшему Родди.

— Эй, — сказал Итан и поцеловал меня в нос, — задумчивая, приютишь на ночь замерзшего тигра?

Я то ли была слишком увлечена преступной головоломкой, то ли чересчур размякла от объятий идущего рядом капитана, но так и не заметила стоявшего опираясь на транспортную карету мужчину. От интереса которого, как потом оказалось, зависела моя жизнь.

Глава 20

ЕСЛИ ЖИЗНЬ ПРЕПОДНОСИТ ЛИМОН, СДЕЛАЙ ЛИМОНАД

«If life deals you lemons make lemonade» (присловье).

Мне снился сон. Мы с Крисом еще в Лоусоне, сидим обнявшись на крыше кампуса и смотрим на город, понемногу погружающийся в дрему.

Время от времени по улицам проходят люди. Кто-то спешит, другие бредут парами, болтая и не торопясь, третьи — зигзагами и натыкаясь на стены.

— У всех свои дела, — говорит Крис, — жизнь, которая нам неизвестна и которую мы никогда не узнаем.