Академия второго дыхания: выход пантеры

Да неужели вы сами не хотите остановить этого маньяка?

Акула хмыкнул и тяжело сел на место.

— Желтый? До вампиров, капитан, высоко ты меня поднимаешь. Но желтые мне нравятся, умеют ребята гулять. Человек я. Че-ло-век. А людям не следует лезть в ваши двуликие разборки. Деритесь, вам же это нравится! Ладно, засиделся я, пора отдохнуть. Насчет жезла. Ищите следы не по нынешним правилам, а по старым традициям. Это вернее. И прощайте. Сами себе дураки, вспомните еще. Ан нет, Акулы уже с вами не будет.

"После таких странных слов наемник вытащил визжащую официантку из-под стола за волосы, пьяно на нее оперся и, шепча что-то на ухо уже хихикающей девушке, не прощаясь, пошел между столиков к одному из служебных коридоров. Видимо, повторять обещанное подстольное, но уже в спокойной обстановке.

Я повернулась к Родди, не выдержала и обняла его.

— Жив. Мы так волновались.

Улыбалась, гладила друга по непривычно растрепанному чубу, дергала за уши.

Родди хрипло посмеивался и счастливо сверкал глазами.

По спине Родди захлопала широкая рука Итана.

— Йех, — сказал Торш, — я в жизни своей, друзья, так еще не боялся. Это он, кстати, украл цилиндры. Открыл при мне заднюю дверь «Буры» в секунду, просто ткнув в замок щепкой. И сказал: «С цилиндрами так же просто было». А на двери артефакт навешен. Обычный. Но без ключа не всякий маг его вскроет.

— Как он тебя схватил?

Итан, обернув руку салфеткой, аккуратно отодвинул тарелки с кусками мяса, овощей, хлеба, оставленных Акулой.

Родди коротко и неохотно рассказал, как во время драки с экзитерцами Акула схватил его за шею и втащил в проулок.

— Ни слова не мог сказать, еле дышал. А он сжимает как клещами и бормочет: «Как же тебя лучше использовать, дружок». А со мной ведь лучшие фехтовальщики занимались, меня за реакцию сам Пайта-Укол хвалил.

Я погладила Родди по плечу.

— Ты с другой стороны посмотри. Он явный человек и гордится этим.

— Да пошли они далеко, такие возможности, — категорически отказался Родди, — проживем, Мари, без них. По мне, некоторые люди страшнее, чем вампиры и оборотни, вместе взятые.

В глубине души я была согласна. Мы сталкивались со злом, но в основном — каким-то эстетным и приличным. А тут было что-то совершено аморальное, без принципов, правил, воспитания.

Из «Буры» мы вышли, настороженно оглядываясь.