#2 Печать пожирателя

Откинув его в сторону, я посветил внутрь найденной ниши, и вытащил оттуда небольшой провощёный свёрток.

Внутри оказалось несколько вещей.

Сначала я осмотрел кольцо с рубином, лежащее в футляре. Это явно был артефакт, причём — боевой, и полностью заряженный. Футляр его экранировал, но сейчас я явно ощущал заклинание, спрятанное в украшении.

— Что-то стихийное… Ладно, разберусь позже.

Следом появился объёмный кошель, в котором лежали золотые монеты старой чеканки и ещё несколько украшений — кулон с изумрудом на золотой цепочке, серёжки такого же стиля, браслет с бриллиантами и гранатами, пятёрка перстней — на этот раз обычных, три броши с сапфирами, выполненные в изысканной ковке, и ещё три серьги — без пар, все разные, с жемчугом, янтарём и аквамарином.

— Непло-о-о-охо! — присвистнул я, прикидывая, сколько всё это может стоить. — Деньги лишними не будут, это точно!

Последним предметом, который был спрятан в тайнике, оказался крошечный кожаный футляр, запаянный воском.

Сломав воск, я вытащил оттуда старый, почти прозрачный, но удивительно прочный лист бумаги.

Закорючки на нём не были похожи на русский язык — да и вообще на какой-то, которые мне здесь приходилось видеть. Скорее, это был набор из сотен трёх символов, расписанных по кругу, на разном расстоянии друг от друга.

— Трафарет… — догадался я, — Трафарет для шифра!

Сложив всё в карманы, и не обнаружив в тайнике ничего больше, я вернулся к призраку и деду.

— Ну как, было там что? — поинтересовался Дмитрий.

— Артефакт и драгоценности.

— Ого! Много?

— Вот, — я достал кошель и футляр из кармана, и протянул ему, — Глянь.

Пока дед рассматривал мою находку, я присел рядом с призраком и негромко спросил:

— Для чего трафарет? Для шифра, который открывается, если собрать все книги?

— Не знаю… Его принёс другой человек — уже под самый конец работы… За день до того, как меня убили… Сказал, чтобы я спрятал его, что рано или поздно Пржевальским он понадобится, и они вернутся за ним… И предупредил, чтобы я был осторожен с Иловайским… Но я не понял его… Тогда — не понял… А потом стало поздно…

— Ясно…

— Ты сдержишь слово? — бородач посмотрел на меня с надеждой, — Я рассказал всё, что знаю, клянусь!

— Дед, — я повернулся к Дмитрию, — Давай отпустим его.