28 сантиметров счастья

Ладно. Я сомневаюсь, что он позволит кому-то об этом узнать.

Теперь я больше не остаюсь в одиночестве, могу сосредоточиться на своих ощущениях, а не на страхе. Я верю, что если что-то пойдет не так — Рустам примет правильное решение. Проследит за всем. Я ему доверяю. Больше бы никому не смогла.

— Кесарево делать уже нельзя, — слышу, как сквозь вату, голос врача. Стараюсь дышать, не допуская ни капли страха, чтобы не сбиться с ритма. Хотя уже давно не понимаю, попадаю ли я в схватки. Мне кажется, что меня мучает одна долгая и невообразимая волна боли.

Как? Как нельзя?!

Я проваливаюсь ненадолго в темноту и мир, полный боли. Меня трясут за плечо, я прихожу в сознание и поднимаю взгляд вверх. Яркий свет слепит.

Рустам еще тут. Он упирается руками в изголовье и стоит надо мной, наблюдая за тем, как я мучаюсь. Наверное, у меня сейчас ужасное лицо. Но стыдиться я не могу. Нет сил. Снова закрываю глаза, чтобы не видеть этого пронизывающего взгляда. Чувствую, как меня внезапно щипают за нос.

— Слыш, принцесска. Глаза открой, — командует Рустам, — я твое состояние контролирую. И давай сама работай. Резать тебя уже не хотят. Напрягай там что-нибудь, что нужно для этого.

У меня рвется смешок из груди, и я даже забываю на секунду о боли. Рустам переживает за меня. Это просто безумно приятно и придает сил.

— Ты забавный, — выдыхаю я.

— Мне вообще не смешно ни капли. Стоять и тупо смотреть, как твоя баба мучается. В следующий раз сама рожать будешь. На такое я больше не подпишусь.

«В следующий»? Я забываю в секунду о его странной оговорке, потому что чувствую, как врач кладет мне руку на живот.

— Давайте, пытайтесь ее вытолкнуть, — слышу я голос, — работайте мышцами живота.

Вот и пришел этот момент. Боже, неужели это кончится, я не умру и даже увижу своих детей? Мой последний рывок.

Раздается громкий детский крик. Возмущенный, протестующий. Услышав его, я закрываю лицо руками и начинаю плакать тоже. Слезы льются по щекам сплошными дорожками. Все хорошо.

— Еще разок, — приказывает тот же врач.

Я старательно выполняю его указания. Собираю остатки сил, снова продыхаю схватки, и… спустя несколько минут раздается второй крик.

— Отлично. Взвешивайте, измеряйте. Тут вот небольшой разрыв. Надо его зашить.

Облегчение. Какое же облегчение. Хотя тело ощущает себя, словно по нему каток проехался.