Звезды светят вниз

Макинтош купил у разносчика две программки, помог Ларе опуститься в кресло, сел сам. Она развернула сложенный вдвое лист плотной бумаги, пробежала взглядом по строчкам. «Лондонский филармонический оркестр... Рахманинов, Третий концерт для фортепиано, до минор, опус № 30... Партию у рояля исполняет Филипп Адлер...»

Не забыть позвонить Говарду, сказала себе Лара. Пусть еще раз обсчитает участок на Пятой авеню.

Лучи софитов упали на фигуру дирижера, послышались аплодисменты, но это ничуть не отвлекло Лару от ее мыслей.

Новый всплеск оваций, и на круглый стульчик у рояля опустился одетый во фрак мужчина. Дирижер взмахнул палочкой, по залу медленно поплыли первые аккорды.

Уследить за порхавшими по клавишам тонкими пальцами Филиппа Адлера было невозможно.

Дама, что сидела за спиной Лары, с режущим ухо техасским выговором прошептала:

– Фантастика, Агнес, разве нет?

Лара едва не оглянулась.

Сзади вновь послышался громкий шепот:

– Выражение его лица... Он неподражаем! Гений...

Лара попыталась сосредоточиться. Расходы на квадратный фут полезной площади составят что-то в пределах четырехсот долларов. Если в сто пятьдесят миллионов обойдется строительство, в сто двадцать пять – земля, то общая смета.

– Боже святый! – воскликнули за спиной.

Терпение Лары истощалось.

– Волшебник! Чародей!

Из оркестровой ямы по залу разнеслась мощная дробь барабана, темп музыки ускорился, вступили скрипки...

Дама сзади теряла над собой всякий контроль.

– Ты только послушай! Из allegro в crescendo! Нет, я не могу...

Лара стиснула зубы."

"С минимальным покрытием расходов все должно быть нормально, кредитная ставка в десять процентов даст тридцать пять миллионов, плюс десять миллионов на издержки по содержанию здания.

Воздух, казалось, дрожал от мощных аккордов. Внезапно музыка оборвалась, в зале на секунду воцарилась мертвая тишина, а затем публика вскочила, грянули крики «Браво! Браво!». Мужчина во фраке отвешивал поклоны.

Лара даже не подняла головы. При налоге на прибыль в шесть процентов можно рассчитывать на пятьдесят восемь миллионов...

– Виртуоз, не правда ли? – негромко произнес Брайан Макинтош.