Золотой шут

Я подождал, пока он поделится со мной хорошими новостями, но Чейд сказал:

– Я попросил Олуха прийти сюда утром, чтобы мы могли поговорить.

– Ясно. – Я не нашел что еще добавить.

Сейчас не время говорить Чейду, чтобы он предупреждал меня о таких встречах заранее. Я не стану обсуждать Олуха в его присутствии. Слишком дорого мне обошлась ошибка, когда я недооценил хитрость одной маленькой девочки, которая оказалась шпионкой Регала. Я сомневался, что Олух на кого-нибудь шпионит, но он не сможет повторить то, чего я не говорил в его присутствии.

– Как сегодня принц? – неожиданно спросил Чейд.

– В порядке, – осторожно ответил я. – Но у него к тебе срочное дело. Будет лучше, если он сумеет быстро тебя найти.

– Принц печальный, – скорбно подтвердил Олух, выразительно покачивая головой.

Сердце сжалось у меня в груди, но я решил его испытать.

– Нет, Олух, принц не печальный, он веселый. Он отправился завтракать со своими друзьями.

Олух хмуро посмотрел на меня. На мгновение его язык высунулся еще сильнее, чем обычно, а нижняя губа заметно отвисла.

– Нет. Песня принца сегодня печальная. Глупые девушки. Печальная песня. Ла-ла-ла-ли-ло-ло-ло-о. – Дурачок пропел короткий печальный мотивчик."

"Я взглянул на Чейда. Он внимательно следил за нашим разговором. Продолжая смотреть на меня, он неожиданно спросил у Олуха:

– А как сегодня Неттл?

Мне удалось сохранить невозмутимость. Я старался дышать ровно, вот только забыл, как это делается.

– Неттл тревожится. Человек из сна не говорит с ней, а ее отец и брат ругаются.

– Да. Ему не нравится, – коротко ответил я, сложил руки на груди и перевел взгляд на Чейда. – Это нечестно.

Тут мне пришло в голову, как по-детски прозвучали мои жалобы.

– Ты совершенно прав, – вкрадчиво согласился Чейд.

Олух поджал губы.

– Принести дрова. Принести воду. Забрать тарелки. Принести еду. Поправить свечи. – Он поковырял в носу. – Да. Все готово. – Он собрался уходить.

– Олух, – окликнул я.

Он остановился и угрюмо посмотрел на меня. Тогда я спросил:

– Другие слуги все еще обижают Олуха, забирают у него монеты? Или сейчас стало лучше?

Он наморщил лоб.

– Другие слуги? – На его лице появилась тревога.