Золотой шут

А потом – полагаю, я заслужил похвалу – во время пятой партии я сообразил, как неудобно будет для всех, если леди Вэнс придется накрыть завтрак для меня и Сивила. Герцог Шемши может посчитать себя оскорбленным – ведь его племяннице придется исполнить роль служанки, хотя Эллиану или маму такие вещи не слишком тревожат. Ну и… я решил, что будет лучше дать ей выиграть. Конечно, мне пришлось бы поехать с ней на прогулку, но ничто не помешало бы мне пригласить с собой других придворных и Эллиану.

– И ты позволил ей выиграть, – мрачно проговорил я.

– Да. Я проиграл. А потом леди Вэнс стала смеяться и шумно радоваться, что сумела меня победить. Вокруг нас начала собираться толпа. Когда леди Вэнс выиграла решающую партию, она уже наслаждалась всеобщим вниманием и победой, а один из ее друзей сказал: «Похоже, милорд, вы жестоко ошиблись, когда сказали, что девушка неспособна овладеть этой игрой». И я ответил… понимаешь, я лишь хотел, чтобы мои слова прозвучали остроумно, Том, клянусь, я не хотел ее оскорбить.

– Что ты сказал? – хрипло спросил я, когда Дьютифул замолчал."

"– Что девушка действительно не сможет научиться играть, а вот красивая женщина – совсем другое дело. Все принялись смеяться и даже подняли бокалы, чтобы провозгласить соответствующий тост. И мы выпили – и только тогда я заметил Эллиану. Она не стала с нами пить и не произнесла ни единого слова. Лишь повернулась и пошла прочь. Я не знаю, что она сказала своему дяде, но он тут же встал, отказавшись продолжить игру с ее отцом, хотя перед ними стояли высокие столбики золотых монет.

Я откинулся на спинку кресла, пытаясь осмыслить происшедшее. Тряхнув головой, я спросил:

– Королева знает?

Дьютифул вздохнул.

– Думаю, нет. Она рано удалилась к себе.

– Как и Чейд?

Принц поморщился, заранее понимая, какие неприятные слова ему придется выслушать от старого советника.

– Нет, ему ничего не известно. Вчера он тоже довольно рано ушел.

Я и сам прекрасно это знал.

– Боюсь, Силой твоей беде не поможешь, – задумчиво проговорил я. – Лучше всего обратиться к тому, кто в совершенстве владеет дипломатией. И сделать то, что он скажет.

– А что от меня потребуется? – с ужасом спросил принц.

– Понятия не имею. Полагаю, прямые извинения приносить нельзя. Тем самым ты признаешь, что оскорбил Эллиану. Но… честно говоря, не знаю. Дипломатия никогда не числилась среди моих талантов. Быть может, Чейд сумеет что-нибудь придумать.