Зимнее лето весны

Очень глупо звонить со служебного телефона, номер легко определяется!

– Значит, я убил двух человек, некоего Гаврилина и не к ночи помянутую Напалкову, желая заполучить вас в качестве автора?

Я снисходительно улыбнулась.

– Гаврилин и Напалкова живы, вы разыгрывали спектакль, чтобы испугать меня. Думаю, вы пообещали Лене отличный гонорар, а она согласилась, так как очень хотела денег.

Ребров встал и подошел к грязному окну.

– Из всего сказанного правдой является лишь последнее утверждение. Ради звонкой монеты Напалкова готова гвозди есть, без масла и соли.

– Да.

– Почему? Я не женат, отчитываться мне не перед кем.

– Не хотели платить деньги.

Ребров засмеялся.

– Послушайте, Вилка… Кажется, так вас зовут друзья?

– Откуда вы знаете?

– У издателей свои секреты. Встряхните мозги, Вилка! Кстати, мы ведь с вами перешли на «ты», пили на брудершафт!

– Какая разница, на «ты» или на «вы», лучше поговорим о деле!

– Я богатый человек, единоличный владелец книгоиздательского холдинга и магазинов.

– Нет, – признала я, – дурак не способен ворочать бизнесом.

– Спасибо на добром слове, – усмехнулся издатель. – Теперь третье. Извини, я не хочу тебя обидеть, но ты пока – подчеркиваю, пока! – не имеешь огромной популярности. Хороший, крепкий, стабильно пишущий автор, – я рад бы иметь такого, готов выпускать твои романы, рекламировать, но… Прости, конечно, но ты не Достоевский.

– Я в курсе.

– В «Элефанте» штук двадцать таких Виоловых.

У меня начала кружиться голова.

– Кстати, знаешь, куда ушла Смолякова? – добивал меня Гарик.

– Нет, – прошептала я."

"– К нам, – улыбнулся Ребров. – Я просто перекупил Миладу. Очень просто: мои люди рассказали ей о контрафактных тиражах, которые выпускает «Марко», продемонстрировали документы.