Жестокое и странное

Я приняла приглашение еще до того, как узнала о твоем приезде. Конечно, ты не обязана ехать со мной.

– Я лучше останусь, – сказала она. – Жаль, что я не могу взяться за АСИОП.

– Терпение, – ответила я ей, хотя мне самой его весьма не хватало.

Ближе к вечеру я оставила диспетчеру очередное сообщение, решив, что либо приемник Марино не работает, либо он слишком занят, чтобы искать телефон-автомат. В окнах соседей виднелись горящие свечи, над деревьями светила вытянутая луна. Я поставила рождественскую музыку в исполнении Паваротти и Нью-йоркского филармонического оркестра, всеми силами пытаясь как-то настроиться на соответствующий лад, пока принимала душ и одевалась.

Небольшое торжество, на которое я собиралась, должно было начаться не раньше семи. У меня оставалось достаточно времени для того, чтобы завезти Сьюзан рождественский подарок и поговорить с ней.

Она неожиданно сама подошла к телефону, в ее голосе послышалась неохота и некоторая настороженность, когда я поинтересовалась, не будет ли она возражать, если я заеду.

– Джейсона нет, – сказала она, словно это имело для меня какое-то значение.

– У меня кое-что для вас есть, – объяснила я.

– Что это?

– Кое-что на Рождество. Мне надо в гости, так что я ненадолго. Вы не против?

– Ну что ж. То есть, конечно, нет. Я буду рада вас видеть."

"У меня вылетело из головы, что она жила в Саут-сайде, где мне доводилось бывать довольно редко, и я непременно должна была потеряться. На улицах оказалось настолько оживленно, что я даже не ожидала. Спешившие за праздничными покупками люди неслись по дорогам очертя голову.

На автостоянках было все забито, магазины сверкали так ярко, что можно было ослепнуть. Но в том районе, где жила Сьюзан, царила темнота, и мне пришлось дважды останавливаться, чтобы, включив свет в машине, перечитать ее адрес. Поколесив достаточно долго, я наконец отыскала ее крошечный домик в стиле ранчо, который стоял посередине между двумя похожими на него как две капли воды.

– Привет, – сказала я, глядя на нее сквозь лепестки розовой пойнсеттии, которую держала в руках.

Она нервно заперла дверь и провела меня в гостиную. Отодвинув книги и журналы, она поставила пойнсеттию на кофейный столик.

– Как вы себя чувствуете? – спросила я.

– Лучше. Хотите что-нибудь выпить? Позвольте я возьму вашу куртку.

– Спасибо. Пить я ничего не буду. Я всего лишь на минуту. – Я протянула ей сверток. – Это я купила в Сан-Франциско прошлым летом. – Я села на диван.

– Да? Вот уж действительно заблаговременно.