Жестокое и странное

Иными словами, если я пошлю факс вам, то на экранчике дисплея своего аппарата я увижу «Полицейское управление Ричмонда» прямо над номером только что набранного мною факса.

– У вас есть такой модный аппарат? Тот, что стоит у нас в отделе, – барахло.

– Здесь в офисе есть один.

– Хорошо, потом расскажете мне, что получится. Мне уже пора.

Я наскоро составила список десяти телефонных номеров, каждый из которых начинался с тех шести цифр, которые нам с Вэндером удалось разобрать на том листе бумаги, что был найден на кровати Дженнифер Дейтон.

Я приписала к каждому номеру ноль, единицу, двойку, тройку и так далее и начала набирать. Только один из них отозвался характерным скрипучим сигналом.

Факс-аппарат находился в кабинете моего программиста Маргарет, которая, к счастью, тоже уже начала свой праздничный отдых. Плотно закрыв дверь, я села за ее стол и задумалась под жужжание компьютера и мигание огоньков модема. Если я начну передачу факса, название моего офиса появится на дисплее того факс-аппарата, номер которого я наберу.

Мне нужно будет быстро прервать связь. Я рассчитывала на то, что к тому времени, когда кто-нибудь решит проверить факс, надпись «Офис главного судебного эксперта» и наш номер исчезнут с экрана."

"Вставив чистый лист бумаги, я набрала вашингтонский номер и дождалась начала связи. В окошке дисплея ничего не появилось. Проклятье. Никакого обозначения в том факс-аппарате, номер которого я набрала, не было запрограммировано. Довольно. Я прервала связь и, разочарованная, вернулась к себе в офис.

Не успела я сесть за стол, как зазвонил телефон.

– Доктор Скарпетта, – ответила я.

– Это Николас Грумэн. Не знаю, что вы хотели мне передать, но ваш факс не прошел.

– Простите? – оторопев, воскликнула я.

– У меня здесь ничего нет, кроме чистого листка бумаги с названием вашего офиса.

– Понятно, – отозвалась я, чувствуя, как у меня по рукам побежали мурашки.

– Вы, вероятно, хотели прислать мне ваши исправления по материалам судебно-медицинской экспертизы? Насколько я понимаю, вы ознакомились с конструкцией электрического стула.

Я не отвечала.

– Что ж, очень разумно с вашей стороны, доктор Скарпетта. Может быть, вам стало известно что-нибудь новое о предмете нашего с вами обсуждения – о повреждениях на внутренней части рук мистера Уоддела? О локтевых ямках?

– Вы не напомните мне еще раз номер вашего факса? – тихо сказала я.

Он продиктовал. Номер полностью совпадал с тем, что был записан у меня.