Жестокий обман

Но в основном я общалась с персоналом. Мой дядя и Хорхе всегда были заняты тем, чем они занимаются.

Он поднимает на меня бровь.

— Ты знаешь, чем они занимаются?

— Я знаю основы. Они производят и продают наркотики. — Я пожимаю плечами и погружаюсь в бурлящую воду. Я молчу минуту, набираясь смелости, чтобы задать вопрос, который я не очень хочу знать, но должна задать. — Чем занимаются Козловы?

Даниил неловко отодвигается. Мои слова заполняют пустоту, и вопрос повисает между нами, как наковальня.

— Я тебе доверяю, но это не то, что мы можем обсуждать.

— Ты имеешь в виду проституцию?

Он кивает.

— Не только это. Любая торговля людьми. Мы не будем к этому иметь отношение.

— Наркотики?

Он смотрит в сторону каскада воды, падающего прямо перед нами, как заслон.

— Не напрямую. Мы контролируем основные маршруты поставок на Восточное побережье. Это одна из тех вещей, которые делают нас такими могущественными. — Я открываю рот, чтобы задать еще один вопрос, но он качает головой. — Почему так много вопросов?"

"— Разве я не имею права знать, как твоя жена, — говорю я, делая ударение на последнем слове. — Мой дядя обращался со мной как с ребенком. Я не имела права распоряжаться своей жизнью, своим будущим.

— Есть угрозы, превышающие обычные, — признается он. — Я не могу поделиться подробностями, но я не хочу, чтобы ты беспокоилась об этом. Здесь ты будешь в безопасности.

Безопасность. Такое ложное обещание. Ведь если Даниил когда-нибудь узнает, что мне нужно, он будет тем человеком, от которого мне понадобится защита.

Но жизнь здесь — это та возможность, которую я так долго ждала.

— Это имеет отношение к моему дяде? — спрашиваю я. Даниил подозрительно мало говорил о работе с Зегасом, хотя я знаю, что он должен регулярно общаться с Хорхе и другими высокопоставленными членами картеля.