Жена для генерального (СИ)

Не иначе!

Передозировка страхом, которая произошла за последний год, совсем повредила голову.

На улице в громкоговоритель что-то кричал Штерн. Орала полицейская сирена, и раздавались редкие Бадоевские «Куда пошел?!». А я, вместо того чтобы сражаться со злодеями, как герои фильмов, позорно валялся на полу машины. И, словно спящая красавица, все ждал, когда какой-нибудь добрый молодец явится по мою душу со спасительным: «Шеф, отбой!».

Примерно через десять минут долгожданная фраза таки прозвучала. Все тем же Бадоевским зычным басом.

* * *"

"Когда я совсем не героически выбрался из машины, небольшая площадка оказалась укрытой лежащими на земле незнакомыми бойцами. Прогуливающиеся между ними люди Штерна не позволяли никому поднять голову или хотя бы дернуться. А сам Дима лично обыскивал одного из напавших.

Полиция и прокурор, которые тоже находились здесь, ни во что не вмешивались. Полицейские переговаривались о чем-то между собой. Следователь прокуратуры с тоской в глазах рассматривал объем работы, лежащий у его ног.

– Ну так что, разговаривать будем или попрощаешься с правой почкой? – Дима не сильно нежничал со своим подопечным. К тому времени, как мы с Бадоевым к нему подошли, он дважды успел ударить, и дважды стоявший перед ним бугай успел сплюнуть на землю.

– Красотки, мы не помешаем вашей милой беседе? – Проигнорировав Штерна, Бадоев положил тяжеленную лапу на плечи незнакомцу и по-дружески похлопал по плечу. – Давно не виделись. С Воронежа, если мне память не изменяет.

– Руку убрал! – огрызнулся бугай. То, что нас больше, его словно и не волновало.

– Разве так общаются со старыми знакомыми?

Я даже мигнуть не успел, как мой начбез резко засадил своему «другу» кулаком в живот.

– Су... А-а... – Тот согнулся пополам и снова сплюнул. На этот раз кровью.

– Вот, другое дело! Узнал-таки! Счастье-то какое!

Вслед за ударом в живот последовал еще один – по позвоночнику, и тело бугая с громким шмяком рухнуло на землю.

– У нас, вообще-то, разговор был, – Штерн раздраженно зыркнул на своего вечного соперника. – Обязательно было вмешиваться?

– Пардону прошу. – Бадоев даже не пытался изображать раскаяние. – Не договорили девочки. Понял. Сейчас исправлю.

Одним рывком, будто не стокилограммового мужика поднимает, а пушинку, он поставил своего воронежского «товарища» на ноги. И театрально сдул с плеч невидимые пылинки.

– Вообще красавчик получился.