Жена для генерального (СИ)

Усадьба с высоким забором и охраной была хороша в прошлом. Тогда мы имели дело с выжившим из ума старым дедом, который и не подозревал об аресте.

Та наша ссылка была страховкой на всякий случай. Сейчас ставки так взлетели, что ни в какую страховку уже и не верилось.

Ещё день назад пять директоров совершенно разных компаний бодро давали показания против бывшего партнера. Все они могли выйти на свободу к своим семьям. А сейчас вдруг стали брать на себя чужую ответственность."

"Теперь им грозили приличные сроки и конфискация имущества.

Все, кто были у нас в резерве: бездетный и несемейный Бадоев, Зоя с собакой и Шульц, из которого срочно нужно было вытряхивать свежие улики. И кончать с Герасимовым, не дожидаясь нападения.

Вряд ли Аглае понравился бы такой расклад. Мне и самому было от него паршиво. Но альтернативу никто не предлагал.

Суперигра началась без предупреждения.

Люди Штерна наверняка уже говорили с Шульцем. Освобожденный Герасимов мог оказаться где угодно.

Все, что нам оставалось сейчас – забываться. Не думая о завтра, сжимать друг друга в объятиях, двигаться навстречу и глушить стоны поцелуями.

Никакому кофе было не сравниться. От ярких ощущений мутился рассудок. Не хватало воли страховаться, сдерживаться и осторожничать.

Лишь брать. И стараться не сдохнуть.

Биться один о другого. И гонять из легких в легкие один и тот же воздух.

Механика, а не любовь.

Забег до изнеможения.

Но, наверное, это было то, что нужно.

Спустя час, потные, уставшие, мы с трудом могли шевелить руками и ногами. Сил не хватало даже на то, чтобы перебраться из гостиной в спальню. Потому два сообщения от Штерна не вызвали никаких эмоций.

«У Шульца есть видеозаписи. Послезавтра он готов их отдать. Но только тебе лично».

Это «только лично» цепляло сильнее, чем «есть видеозаписи». Дима даже мог не присылать вторым сообщением: «Я против».

– И что теперь? – Аглая положила голову мне на грудь. Поближе к сердцу, будто именно от него ждала ответ.

– У нас впереди целых полтора дня до встречи. – Я укрыл нас обоих пледом. – А ты так и не сказала, какую хочешь свадьбу и когда.

* * *Утро почти не отличалось от ночи. Моя Аглая была рядом. Сонная, растрепанная, она изо всех сил сжимала подушку, принимая мои толчки.